Неточные совпадения
Ижбурдин. А как бы вам объяснить, ваше благородие? Называют это и мошенничеством, называют и просто расчетом — как
на что кто глядит. Оно конечно, вот как тонешь, хорошо, как бы кто тебе помог, а как с другого пункта
на дело посмотришь, так ведь
не всякому же тонуть
приходится. Иной двадцать
лет плавает, и все ему благополучно сходит: так ему-то за что ж тут терять? Это ведь дело
не взаимное-с.
Пробовали мы его в свою компанию залучить, однако пользы
не оказалось никакой; первое дело, что отец отпускал ему самую малую сумму, всего тысяч десять
на серебро в
год, и, следовательно, денег у него в наличности
не бывало; второе дело, что хотя он заемные письма и с охотою давал, но уплаты по ним
приходилось ждать до смерти отца, а это в нашем быту
не расчет; третье дело, чести в нем совсем
не было никакой: другой, если ткнуть ему кулаком в рожу или назвать при всех подлецом, так из кожи вылезет, чтобы достать деньги и заплатить, а этот ничего, только смеется.
—
Год на год не приходится, Сергей Александрыч. А среднее надо класть тысяч сто… Вот в третьем году адвоката Пикулькина тысяч на сорок обыграли, в прошлом году нотариуса Калошина на двадцать да банковского бухгалтера Воблина на тридцать. Нынче, сударь, Пареный большую силу забирать начал: в шестидесяти тысячах ходит. Ждут к рождеству Шелехова — большое у них золото идет, сказывают, а там наши на Ирбитскую ярмарку тронутся.
Неточные совпадения
— Вот жизнь-то человеческая! — поучительно произнес Илья Иванович. — Один умирает, другой родится, третий женится, а мы вот всё стареемся:
не то что
год на год, день
на день
не приходится! Зачем это так? То ли бы дело, если б каждый день как вчера, вчера как завтра!.. Грустно, как подумаешь…
— Отжившее-то отжившее, а всё бы с ним надо обращаться поуважительнее. Хоть бы Снетков… Хороши мы, нет ли, мы тысячу
лет росли. Знаете,
придется если вам пред домом разводить садик, планировать, и растет у вас
на этом месте столетнее дерево… Оно, хотя и корявое и старое, а всё вы для клумбочек цветочных
не срубите старика, а так клумбочки распланируете, чтобы воспользоваться деревом. Его в
год не вырастишь, — сказал он осторожно и тотчас же переменил разговор. — Ну, а ваше хозяйство как?
Пришлось черту заложить красную свитку свою, чуть ли
не в треть цены, жиду, шинковавшему тогда
на Сорочинской ярмарке; заложил и говорит ему: «Смотри, жид, я приду к тебе за свиткой ровно через
год: береги ее!» — и пропал, как будто в воду.
«И такая удивительная случайность! Ведь надо же, чтобы это дело
пришлось именно
на мою сессию, чтобы я, нигде
не встречая ее 10
лет, встретил ее здесь,
на скамье подсудимых! И чем всё это кончится? Поскорей, ах, поскорей бы!»
Автомобиль бешено удирал от пожарного обоза, запряженного отличными лошадьми. Пока
не было телефонов, пожары усматривали с каланчи пожарные. Тогда
не было еще небоскребов, и вся Москва была видна с каланчи как
на ладони.
На каланче, под шарами, ходил день и ночь часовой. Трудно
приходилось этому «высокопоставленному» лицу в бурю-непогоду, особенно в мороз зимой, а
летом еще труднее: солнце печет, да и пожары
летом чаще, чем зимой, — только гляди,
не зевай! И ходит он кругом и «озирает окрестности».