«Господа ташкентцы» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1873) по всей классике
Но так как вчерашнего дня нет, так как последовавшая за ним ночь принесла за собой хмельное забвение всего прошлого, то нет места ни для поучений, ни для укоров.
Общество отсекает его от себя вполне механически торжествующею над ним силой и сопровождает отлучение это ненавистью (так по крайней мере они сами о себе, в Европе, повествуют), — ненавистью и полнейшим к дальнейшей судьбе его, как брата своего, равнодушием и забвением.
Он забылся на одну минуту, но в этот короткий промежуток забвения он видел во сне бесчисленное количество предметов: он видел свою мать и ее большую белую руку, видел худенькие плечи Сони, глаза и смех Наташи, и Денисова с его голосом и усами, и Телянина, и всю свою историю с Теляниным и Богданычем.
Потом — возвращение на родину, отравленная, опустошенная жизнь, мелкая возня, мелкие хлопоты, раскаяние горькое и бесплодное и столь же бесплодное и горькое забвение — наказание не явное, но ежеминутное и постоянное, как незначительная, но неизлечимая боль, уплата по копейке долга, которого и сосчитать нельзя…
Теперь он желал только одного: забвения прошедшего, спокойствия, сна души. Он охлаждался более и более к жизни, на все смотрел сонными глазами. В толпе людской, в шуме собраний он находил скуку, бежал от них, а скука за ним.
ЗАБВЕ́НИЕ, -я, ср.1.Устар. и высок. Утрата воспоминаний, памяти о ком-, чем-л. Мне пир наскучил — он не шлет забвенья Душевной скорби. Огарев, В пирах безумно молодость проходит. — (Малый академический словарь, МАС)
Забвение вечных вопросов, которыми всегда мучился человек, лишает его человечности. Камень, растения, животные не имеют вопросов. Человека, в отличие от них, мучают вопросы о смысле жизни и смерти, о загадке своего существования.
ЗАБВЕ́НИЕ, -я, ср.1.Устар. и высок. Утрата воспоминаний, памяти о ком-, чем-л. Мне пир наскучил — он не шлет забвенья Душевной скорби. Огарев, В пирах безумно молодость проходит. —