Неточные совпадения
Двадцати лет Степан Головлев кончил курс в
одной из московских гимназий и поступил в университет.
Как за папеньку-то я шла, у него только и было, что Головлево, сто
одна душа, да в дальних местах, где
двадцать, где тридцать — душ с полтораста набралось!
С утра он садился за письменный стол и принимался за занятия; во-первых, усчитывал скотницу, ключницу, приказчика, сперва на
один манер, потом на другой; во-вторых, завел очень сложную отчетность, денежную и материальную: каждую копейку, каждую вещь заносил в
двадцати книгах, подводил итоги, то терял полкопейки, то целую копейку лишнюю находил.
— То-то вот и есть. Мы здесь мудрствуем да лукавим, и так прикинем, и этак примерим, а Бог разом, в
один момент, все наши планы-соображения в прах обратит. Вы, маменька, что-то хотели рассказать, что с вами в
двадцать четвертом году было?
— По здешнему месту
один вал десяти рублей стоит, а кабы в Москву, так и цены бы ему, кажется, не было! Ведь это — какой вал! его на тройке только-только увезти! да еще другой вал, потоньше, да бревно, да семеричок, да дров, да сучьев… ан дерево-то, бедно-бедно, в
двадцати рублях пойдет.
— Ну, из этих-то денег ты и пошлешь десять тысяч в Совет за Петровское. Теперь деньги, которые находятся в конторе, — продолжал папа (Яков смешал прежние двенадцать тысяч и кинул
двадцать одну тысячу), — ты принесешь мне и нынешним же числом покажешь в расходе. (Яков смешал счеты и перевернул их, показывая, должно быть, этим, что и деньги двадцать одна тысяча пропадут так же.) Этот же конверт с деньгами ты передашь от меня по адресу.
Неточные совпадения
— Семьдесят восемь, семьдесят восемь, по тридцати копеек за душу, это будет… — здесь герой наш
одну секунду, не более, подумал и сказал вдруг: — это будет
двадцать четыре рубля девяносто шесть копеек! — он был в арифметике силен.
— Невыгодно! да через три года я буду получать
двадцать тысяч годового дохода с этого именья. Вот оно как невыгодно! В пятнадцати верстах. Безделица! А земля-то какова? разглядите землю! Всё поемные места. Да я засею льну, да тысяч на пять
одного льну отпущу; репой засею — на репе выручу тысячи четыре. А вон смотрите — по косогору рожь поднялась; ведь это все падаль. Он хлеба не сеял — я это знаю. Да этому именью полтораста тысяч, а не сорок.
Тут в
один год он мог получить то, чего не выиграл бы в
двадцать лет самой ревностной службы.
— Крестьян накупили на сто тысяч, а за труды дали только
одну беленькую. [Беленькая — ассигнация в
двадцать пять рублей.]
Он нашел его в очень маленькой задней комнате, в
одно окно, примыкавшей к большой зале, где на
двадцати маленьких столиках, при криках отчаянного хора песенников, пили чай купцы, чиновники и множество всякого люда.