«Господа Головлёвы» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1880) по всей классике
«Дележан» ехал по направлению к Владимиру, и тот же сердобольный трактирщик Иван Михайлыч вез на свой счет Степана Владимирыча, взявши для него место и уплачивая за его харчи в продолжение всей дороги.
— Люди добрые, заступитесь за меня! — отчаянно вскрикнула боярышня, кидаясь в толпу сердобольных нянь, мам и сенных девушек, так недавно ливших о ней горячие слезы и оказывавших ей столько искреннего участия.
— Слыхала, девонька, слыхала, — молвила знахарка. — Много доброго про нее слыхала я. Кроткая, сказывают, сердобольная, много горя на долю ее выпало, а сердце у ней не загрубело… И честно хранит вдовью участь… Все знаю, лебедушка… Николи не видывала в глаза твоей Марьи Гавриловны, а знаю, что вдовица она добрая, хорошая.
Отец, беспокоящийся о дочери, растущей под присмотром сердобольных соседок, очень скоро женился вновь, и жизнь семьи какое-то время текла мирно и спокойно.
Поблагодарив сердобольную женщину, засобиралась к себе домой.
При виде их сердобольные старушки выносили из домов миски с дымящимися бобами.
Отец, беспокоящийся о дочери, растущей под присмотром сердобольных соседок, очень скоро женился вновь, и жизнь семьи какое-то время текла мирно и спокойно.