«Господа Головлёвы» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1880) по всей классике
— Ну, сударка, теперь только распоясывайся! Любо было кататься, — попробуй-ка саночки повозить! Попробуй! попробуй! Я вот трех сынов да дочку вырастила, да пятерых детей маленькими схоронила — я знаю! Вот они где у нас, мужчинки-то, сидят! — прибавила она, ударяя себя кулаком по затылку.
Агафон (распоясываясь). Я все с лошадкой: отпрег, поставил на место, сенца дал. Животинку-то жалеть надо; ведь она не скажет. Ну вот, старуха, Бог дал и приехали, а ты все торопилась. Зачем торопиться-то? Тише едешь, дальше будешь.
Макар тоже заметно припадал к Мосею, особенно когда разговор заходил о земле. Мосей не вдруг распоясывался, как все раскольники, и сначала даже косился на Макара, памятуя двойную обиду, нанесенную им кержакам: первая обида — круг унес на Самосадке, а вторая — испортил девку Аграфену.
Садятся трое, распоясываются и заказывают: «Два и три!» И несет половой за гривенник две пары и три прибора. Третий прибор бесплатно. Да раз десять с чайником за водой сбегает.
Однако, как оказалось, моё воображение распоясывается от этого куда сильнее, нежели от всех тех девиц в коротких облегающих платьях, коих подсовывала мне мать.
Хотя за монополиями нужен глаз да глаз – чтобы не слишком распоясывались в своём всевластии.
Он позволял себе вольности в разговоре со старшими, но ещё больше распоясывался на берегу.
Однако, как оказалось, моё воображение распоясывается от этого куда сильнее, нежели от всех тех девиц в коротких облегающих платьях, коих подсовывала мне мать.