— Старший сын, Николай, дельный парень вышел.
С понятием. Теперь он за сорок верст, в С***, хлеб закупать уехал! С часу на час домой жду. Здесь-то мы хлеб нынче не покупаем; станция, так конкурентов много развелось, приказчиков с Москвы насылают, цены набивают. А подальше — поглуше. Ну, а младший сын, Яков Осипыч, — тот с изъянцем. С год места на глаза его не пущаю, а по времени, пожалуй, и совсем от себя отпихну!
— Да вот и Николай Осипыч воротился! — сказал Осип Иваныч, подходя к окну, — так и есть, он самый! Познакомитесь! Он хоть и не воспитывался в коммерческом, а малый
с понятием! Кстати, может, и мимо Чемезова проезжал.
То, в чем он видит развращение нравов, есть собственно бестолочь, происшедшая вследствие смешения понятий, уже известных, отвержденных,
с понятиями искомыми, еще не имеющими на рынке определенного курса.
Но тут я, конечно, уже остерегся от обращения к вопросу, что такое духовное завещание, а прямо поставил дело на почву строгой законности, на почву несовместимости понятия о владении
с понятием о собственности.
Наконец, если мы всмотримся ближе в причины, обусловливающие такое явление, как сепаратизм, то легко увидим, что и тут главную роль играет неясность понятий о государстве: многие смешивают понятие о государстве
с понятием о родине и даже о родной колокольне; другие приходят в смущение вследствие частых изменений государственных граничных рубежей.
Неточные совпадения
И вдруг является что-то нежданное, непредвиденное, вследствие чего он чувствует, что
с него, не имеющего никакого
понятия о самозащите, живьем сдирают наносную кожу, которую он искони считал своею собственною!
Вот вероятный практический результат, к которому в конце концов должен прийти самый выносливый из простецов при первом жизненном уколе. Ясно, что бессознательность, которая дотоле примиряла его
с жизнью, уже не дает ему в настоящем случае никаких разрешений, а только вносит элемент раздражения в непроницаемый хаос
понятий, составляющий основу всего его существования. Она не примиряет, а приводит к отчаянию.
По исстари установившемуся в нем самом
понятию, все это никоим образом не осуществляет представления об «деле», как об чем-то, сопряженном
с трудом.
— Их писал человек,
с одной стороны, не искусившийся в юридических тонкостях, но который,
с другой стороны, несомненно бы содрогнулся, если б понимал всю необъятность бездны, разделяющей такие
понятия, как «вечность» и… «владение»!
А между тем путаница в
понятиях производит путаницу и в практической жизни. Тут мы на каждом шагу встречаемся и
с взяточничеством, и
с наглейшим обиранием казны, и
с полным равнодушием к уплате податей, и, наконец,
с особым явлением, известным под именем сепаратизма. И всё — следствие неясности наших представлений о государстве.
Все эти местности кишат людьми, которые, несмотря на уверения, что
понятие о государстве есть
понятие безразличное, независимое ни от национальностей, ни даже от исторических преданий, никак не могут понять, почему они обязаны
с такого-то момента считать своимгосударством Францию, а не Италию, Германию, а не Данию и не Францию.
— За городом! Ты уже представляешь себе,
с понятием «за городом», — и зелень, и ручьи, и пастушков, а может быть, и пастушку… Ты артист! А ты представь себе загородное удовольствие без зелени, без цветов…
Но вот, однако, что надо отметить: если Бог есть и если он действительно создал землю, то, как нам совершенно известно, создал он ее по эвклидовой геометрии, а ум человеческий
с понятием лишь о трех измерениях пространства.
Неточные совпадения
Стародум(
с важным чистосердечием). Ты теперь в тех летах, в которых душа наслаждаться хочет всем бытием своим, разум хочет знать, а сердце чувствовать. Ты входишь теперь в свет, где первый шаг решит часто судьбу целой жизни, где всего чаще первая встреча бывает: умы, развращенные в своих
понятиях, сердца, развращенные в своих чувствиях. О мой друг! Умей различить, умей остановиться
с теми, которых дружба к тебе была б надежною порукою за твой разум и сердце.
Но что же может значить слово"создавать"в
понятиях такого человека, который
с юных лет закалился в должности прохвоста?
— Вот, ей Богу, ни малейшего
понятия не имею! —
с громким смехом сказал Катавасов.
Дорогой, в вагоне, он разговаривал
с соседями о политике, о новых железных дорогах, и, так же как в Москве, его одолевала путаница
понятий, недовольство собой, стыд пред чем-то; но когда он вышел на своей станции, узнал кривого кучера Игната
с поднятым воротником кафтана, когда увидал в неярком свете, падающем из окон станции, свои ковровые сани, своих лошадей
с подвязанными хвостами, в сбруе
с кольцами и мохрами, когда кучер Игнат, еще в то время как укладывались, рассказал ему деревенские новости, о приходе рядчика и о том, что отелилась Пава, — он почувствовал, что понемногу путаница разъясняется, и стыд и недовольство собой проходят.
«Ну-ка, пустить одних детей, чтоб они сами приобрели, сделали посуду, подоили молоко и т. д. Стали бы они шалить? Они бы
с голоду померли. Ну-ка, пустите нас
с нашими страстями, мыслями, без
понятия о едином Боге и Творце! Или без
понятия того, что есть добро, без объяснения зла нравственного».