Цитаты со словом «всевать»
Область
поиска
поиска
Область
поиска
поиска
Ямщик по обыкновению своему поскакал во всю лошадиную мочь, и в несколько минут я был уже за городом.
Я зрел себя в пространной долине, потерявшей от солнечного зноя всю приятность и пестроту зелености; не было тут источника на прохлаждение, не было древесныя сени на умерение зноя.
— Несчастной, — возопил я, — где ты? где девалося все, что тебя прельщало? где то, что жизнь твою делало тебе приятною?
— Если лошади все в разгоне, — размышлял я, — то несправедливо, что я мешаю комиссару спать.
Все почти голоса таковых песен суть тону мягкого.
— О природа, объяв человека в пелены скорби при рождении его, влача его по строгим хребтам боязни, скуки и печали чрез весь его век, дала ты ему в отраду сон.
— Уснул, и все скончалось.
Тебе, источнику всех благ, приносится сия жертва.
Таковою ее почитали все те, которые ездили по ней вслед государя.
Милостивый государь! — продолжал он, указывая на свои бумаги, — все великороссийское дворянство долженствовало бы купить мой труд, заплатя за него столько, сколько ни за какой товар не платят.
Открыл он путь через службу военную и гражданскую всем к приобретению дворянского титла и древнее дворянство, так сказать, затоптал в грязь.
Ныне всемилостивейше царствующая наша мать утвердила прежние указы высочайшим о дворянстве положением, которое было всех степенных наших востревожило, ибо древние роды поставлены в дворянской книге ниже всех.
По сей причине, милостивейший государь! труд мой должен весьма быть приятен всему древнему благородному обществу; но всяк имеет своих злодеев.
— Разве тебе во всю неделю нет времени работать, что ты и воскресенью не спускаешь, да еще и в самый жар?
Правда, что иногда и добрые господа берут более трех рублей с души; но все лучше барщины.
Зимою не пускает в извоз, ни в работу в город; все работай на него, для того что он подушные платит за нас.
Сия мысль всю кровь во мне воспалила.
Все наши силы, совокупно употребленные, не были в состоянии совратить его с того места, на котором оно стояло.
Вообрази, мой друг, наше положение; все, что я ни скажу, все слабо будет в отношении моего чувствия.
Вода начинала проходить в судно наше со всех сторон и угрожала нам совершенным потоплением.
В последний час, когда свет от нас преходить начинает и отверзается вечность, ниспадают тогда все степени, мнением между человеков воздвигнутые.
Человек тогда становится просто человек: так, видя приближающуюся кончину, забыли все мы, кто был какого состояния, и помышляли о спасении нашем, отливая воду, как кому споручно было.
Наконец, судна нашего правитель, более нежели все другие к опасностям морских происшествий обыкший, взиравший поневоле, может быть, на смерть хладнокровно в разных морских сражениях в прошедшую турецкую войну в Архипелаге, решился или нас спасти, спасаяся сам, или погибнуть в сем благом намерении: ибо, стоя на одном месте, погибнуть бы нам должно было.
Наконец начали мы все предаваться отчаянию, ибо судно наше более половины водою натекло, и мы стояли все в воде по колено.
Как в темной храмине, свету совсем неприступной, вдруг отверзается дверь и луч денный, влетев стремительно в среду мрака, разгоняет оный, распростирался по всей храмине до дальнейших ее пределов, — тако, увидев суда, луч надежды ко спасению протек наши души.
Нашел сии две небольшие лодки, и радость теперь моя несказанна: вы все спасены.
Теперь чувствую: час бьет; я мертв; движение, жизнь, чувствие, мысль — все исчезнет мгновенно.
Все сочувствовали мою опасность, все хулили жестокосердие начальника, никто не захотел ему о сем напомнить.
Все подчиненные становятся мучениками.
Все знают, что курьер поскачет за устерсами, но куда ни вертись, а прогоны выдавай.
И ну-ну-ну, ну-ну-ну: по всем по трем, вплоть до Питера, к Корзинкину прямо на двор. — Добро пожаловать. Куды какой его высокопревосходительство затейник, из-за тысячи верст шлет за какою дрянью. Только барин доброй. Рад ему служить. Вот устерсы теперь лишь с биржи. Скажи, не меньше ста пятидесяти бочка, уступить нельзя, самим пришли дороги. Да мы с его милостию сочтемся. — Бочку взвалили в кибитку; поворотя оглобли, курьер уже опять скачет; успел лишь зайти в кабак и выпить два крючка сивухи.
Едва у городских ворот услышали звон почтового колокольчика, караульный офицер бежит уже к наместнику (то ли дело, как где все в порядке) и рапортует ему, что вдали видна кибитка и слышен звон колокольчика.
За то, что ты промен берешь со всех, а с ним не делишься.
Другие, видя, что договариваться уже было не о чем, все от него отошли.
Взаимная наша горячность, услаждая и чувства и душу, все представляла нам в ясном виде.
Все сие блаженство определила судьба, да рушится одним мгновением.
Все сие было отринуто, продажа дому уничтожена, меня осудили за ложной мой поступок лишить чинов, — и требуют теперь, — говорил повествователь, — хозяина здешнего в суд, дабы посадить под стражу до окончания дела.
Сие последнее повествуя, рассказывающий возвысил свой голос. — Жена моя, едва сие услышала, обняв меня, вскричала: — Нет, мой друг, и я с тобою. — Более выговорить не могла. Члены ее все ослабели, и она упала бесчувственна в мои объятия. Я, подняв ее со стула, вынес в спальную комнату и не ведаю, как обед окончался.
— Сие несчастное приключение ускорило рождение младенца целым месяцем, и все способы бабки и доктора, для пособия призванных, были тщетны и не могли воспретить, чтобы жена моя не родила чрез сутки.
Сколь скоро воображу ту минуту, когда любезная моя со мною расставалася, то я все позабываю и свет в глазах меркнет.
Слуга приятеля моего, рассказав все происшедшее, простился со мною, а я теперь еду, по пословице, — куда глаза глядят.
Уподроблю все происшествие и представлю неправосудие судивших и невинность страждущего.
Вместо обещания будущия казни, усугубил бы казнь настоящую и, совесть возжигая по мере злодеяния, не дал бы им покоя денноночно, доколь страданием своим не загладят все злое, еже сотворили.
Здесь меч лежал на столпе, из сребра изваянном, на коем изображалися морские и сухопутные сражения, взятие городов и прочее сего рода; везде видно было вверху имя мое, носимое Гением славы, над всеми сими подвигами парящим.
Венец мой возвышен был паче всего и возлежал на раменах сильного исполина, воскраие же его поддерживаемо было истиною.
Огромной величины змия, из светлыя стали искованная, облежала вокруг всего седалища при его подножии и, конец хвоста в зеве держаща, изображала вечность.
Трепетное их молчание уверяло меня, что они все воле моей подвластны.
Глубочайшее в собрании сем присутствовало молчание; казалося, что все в ожидании были важного какого происшествия, от коего спокойствие и блаженство всего общества зависели.
Обращенный сам в себя и чувствуя глубоко вкоренившуюся скуку в душе моей, от насыщающего скоро единообразия происходящую, я долг отдал естеству и, рот разинув до ушей, зевнул во всю мочь.
Все вняли чувствованию души моей.
Предложения из русской классики со словом «всевать»
Синонимы к слову «всевать»
Значение слова «всевать»
ВСЕВА'ТЬ, а́ю, а́ешь (спец.). Несов. к всеять. (Толковый словарь Ушакова)
Отправить комментарий
Значение слова «всевать»
ВСЕВА'ТЬ, а́ю, а́ешь (спец.). Несов. к всеять.
Все значения слова «всевать»