— Эти слова между нами не должны казаться сильными и увеличенными — мы не на них основали нашу связь, потому ясмело их пишу, зная, что никакая земная причина не нарушит ее; истинно благодарен вам за утешительные строки, которые я от вас имел, и душевно жалею, что не удалось мне после приговора обнять вас и
верных друзей моих, которых прошу вас обнять; называть их не нужно — вы их знаете; надеюсь, что расстояние 7 тысяч верст не разлучит сердец наших.
Неточные совпадения
Совсем заболтался, по крайней мере вы во всем этом узнаете меня,
верного вам
друга, а мне только и надобно.
Любезный
друг Иван, прими меня, каков я есть, узнай старого признательного тебе лицейского товарища; с прежнею доверенностью детства и юности обращаюсь к тебе сердцем: ты,
верный добрым воспоминаниям, поймешь мое дружеское приветствие без дальнейших объяснений.
Не забывайте
верного вам
друга.
Вы снисходительно прочтете его и побраните за пустоту в голове: не обвиняйте только сердца, оно то же в
верном вам
друге.
Пользуюсь случаем доставить вам то, что вы желали получить от меня. Кажется, случай
верный, а
другого не скоро дождешься в нашем захолустье.
Разбирайте, как знаете, мои клетки. [Листок исписан также поперек текста — за отсутствием бумаги; имеются и
другие письма такого вида.] Отыщите в них только то чувство, которое без выражения существует, — больше ничего не желает
верный вам П.
Пора вам читать мою болтовню; мало толку в ней найдете, но и по этому узнаете вашего неизменного, старого
друга, который дружески, крепко вас обнимает и просит приветствовать всех ваших домашних и добрых поселителей,
верных нашей старине.
На этих днях я получил листок от Ивана Дмитриевича (с ялуторовскими
друзьями я в еженедельной переписке). Он меня порадовал вашим
верным воспоминанием, добрая Надежда Николаевна. Вы от него будете знать об дальнейших моих похождениях. Надобно только благодарить вас за ваше участие: будем надеяться, что вперед все пойдет хорошо; здесь я починил инвалидную мою ногу и дорогой буду брать все предосторожности.
Прощай,
друг верный. Скоро опять буду писать тебе уже в Марьино. С нас снято запрещение почтовой. Можем сами писать, и к нам доходят письма. Это распорядился сенат.
Покамест упивайтесь ею, // Сей легкой жизнию, друзья! // Ее ничтожность разумею // И мало к ней привязан я; // Для призраков закрыл я вежды; // Но отдаленные надежды // Тревожат сердце иногда: // Без неприметного следа // Мне было б грустно мир оставить. // Живу, пишу не для похвал; // Но я бы, кажется, желал // Печальный жребий свой прославить, // Чтоб обо мне, как
верный друг, // Напомнил хоть единый звук.
Неточные совпадения
Но чаще занимали страсти // Умы пустынников моих. // Ушед от их мятежной власти, // Онегин говорил об них // С невольным вздохом сожаленья; // Блажен, кто ведал их волненья // И наконец от них отстал; // Блаженней тот, кто их не знал, // Кто охлаждал любовь — разлукой, // Вражду — злословием; порой // Зевал с
друзьями и с женой, // Ревнивой не тревожась мукой, // И дедов
верный капитал // Коварной двойке не вверял.
По сердцу я нашла бы
друга, // Была бы
верная супруга // И добродетельная мать.
Прости ж и ты, мой спутник странный, // И ты, мой
верный идеал, // И ты, живой и постоянный, // Хоть малый труд. Я с вами знал // Всё, что завидно для поэта: // Забвенье жизни в бурях света, // Беседу сладкую
друзей. // Промчалось много, много дней // С тех пор, как юная Татьяна // И с ней Онегин в смутном сне // Явилися впервые мне — // И даль свободного романа // Я сквозь магический кристалл // Еще не ясно различал.
Когда, взявшись обеими руками за белые руки, медленно двигался он с ними в хороводе или же выходил на них стеной, в ряду
других парней и погасал горячо рдеющий вечер, и тихо померкала вокруг окольность, и далече за рекой отдавался
верный отголосок неизменно грустного напева, — не знал он и сам тогда, что с ним делалось.
А у меня к тебе влеченье, род недуга, // Любовь какая-то и страсть, // Готов я душу прозакласть, // Что в мире не найдешь себе такого
друга, // Такого
верного, ей-ей;