6. Оный же муж ее, назад тому три года, послан на службу во вторую армию, где и был два года, и оттуда, ныне другой год, за грудною болезнию, о которой выше значит, по весне отпущен, а посему и был в доме одно лето, в которую бытность и нанял вместо себя
в службу в Бахмуте на Донце казака, а как его звать и прозвания, да и где теперь находится, не знает; — а после сего
Что же муж ее точно есть упоминаемый Емельян Пугачев, то сверх ее самоличного с детьми сознатия и уличения, могут в справедливость доказать и родной его брат, Зимовейской же станицы казак Дементий Иванов сын Пугачев (который ныне находится
в службе в 1-й армии), да и родные ж сестры, из коих первая Ульяна Иванова, коя ныне находится в замужестве той же станицы за казаком Федором Григорьевым, по прозванию Брыкалиным, а вторая Федосья Иванова, которая также замужем за казаком из Прусак Симоном Никитиным, а прозвания не знает, кой ныне жительство имеет в Азове, которые все мужа ее также знают довольно.
Сама же та Пугачева жена, казачья дочь, и отец ее был Есауловской станицы служилый казак, Дмитрий, по прозванию Недюжин, а отчества не припомнит, потому что она после него осталась в малолетстве, и после ж которого остались и теперь вживе находятся дочери его, а ей сестры родные, первая Анна Дмитриева, в замужестве Есауловской станицы за казаком Фомою Андреевым, по прозванию Пилюгиным, который и находится
в службе тому ныне 8-й год, а в которой армии, не знает.
Неточные совпадения
Петр Великий принял первые меры для введения яицких казаков
в общую систему государственного управления.
В 1720 году яицкое войско отдано было
в ведомство Военной коллегии. Казаки возмутились, сожгли свой городок с намерением бежать
в киргизские степи, но были жестоко усмирены полковником Захаровым. Сделана была им перепись, определена
служба и назначено жалованье. Государь сам назначил войскового атамана.
Между тем велено было нарядить несколько сот казаков на
службу в Кизляр.
Яицкому войску велено было выступить
в погоню; но казаки (кроме весьма малого числа) не послушались и явно отказались от всякой
службы.
Древнейший и единственный акт, найденный Неплюевым
в Яикской войсковой избе, была грамота царей Петра и Иоанна Алексеевичей, 1684 года, где упоминается о прежних
службах войска со времен Михаила».
Уральское казачье войско так же, как и все казаки, не платит государству податей; но оно несет
службу и обязано во всякое время по первому требованию выставлять на свой счет определенное число одетых и вооруженных конных воинов; а
в случае нужды все, считающиеся на
службе, должны выступить
в поход.
Сии оба полка, как не участвующие
в богатых рыбных промыслах уральских, не участвуют и
в наряде казаков
в армию; но отправляют только линейную
службу, то есть оберегают границу от киргизов.
Остальные 10 полков, считающиеся на
службе, но действительно не служащие, выставляют на свой счет полки
в армию и стражу на линию по всему пространству земель своих до Каспийского моря.
Обыкновение служить по найму, с одной стороны, по-видимому несправедливое, потому что богатый всегда от
службы избавлен, а бедный всегда несет ее, с другой стороны полезно: ибо — 1-е, теперь всякий казак, выступающий
в поход, имеет возможность хорошо одеться и вооружиться; 2-е, он, оставляя семейство свое, может уделить оному довольно денег на содержание во время своей отлучки; 3-е, человек, занимающийся промыслом каким-нибудь или работою, полезен для него и для других, не принужден бросать занятий своих и невольно идти на
службу, которую бы отправлял очень неисправно.
Отставные казаки уже ни
в каких
службах не участвуют; а потому и на рыбные ловли без платы ездить не могут («Историч. и статист. обозрение уральских казаков»).
Ему отвечали, что иные на
службе, другие с их атаманом, Данилом Донским, взяты
в Оренбург, и что только двадцать человек оставлены для почтовой гоньбы, но и те скрылись.
«Оному Пугачеву, за побег его за границу
в Польшу и за утайку по выходе его оттуда
в Россию о своем названии, а тем больше за говорение возмутительных и вредных слов, касающихся до побега всех яицких казаков
в Турецкую область, учинить наказание плетьми и послать так, как бродягу и привыкшего к праздной и предерзкой жизни,
в город Пелым, где употреблять его
в казенную работу. 6 мая 1773». («Записки о жизни и
службе А. И. Бибикова».)
В 1770 году был он на
службе во второй армии, находился при взятии Бендер и через год отпущен на Дон по причине болезни.
10. Писем он к ней как с
службы из армии, так и из бегов своих никогда не присылывал: да и чтоб
в станицу их или к кому другому писал, об оном не знает, он же вовсе и грамоте не умеет.
В Записках о жизни и
службе А. И. Бибикова мы находим самое подробное известие об оном, но сочинитель довел свой рассказ только до смерти Бибикова.
Читая о
службе и переменах
в оной сего примерного государственного человека, всякий легко усмотрит необыкновенные его способности, мужество, предусмотрение, предприимчивость и расторопность, так, что он во всех родах налагаемых на него должностей с отличием и достоверностию был употребляем; везде показал искусство свое и ревность, не токмо прежде,
в царствование императрицы Елисаветы, но и во многих поручениях от Екатерины Великой, ознаменованные успехами.
— Станиславский, во все сие время отличившийся трусостию, узнав, что Пугачев близ Верхо-Яицкой крепости собрал значительную толпу, отказался от
службы и скрылся
в любимую свою Орскую крепость.
Иван Иванович Михельсон, генерал от кавалерии и главнокомандующий Молдавскою армиею, родился около 1735 года, умер
в 1809. Под его начальством находился
в начале славной
службы своей князь Варшавский. Михельсон
в глубокой старости сохранял юношескую живость, любил воинские опасности и еще посещал передовые перестрелки.
Начал
службу свою под начальством фельдмаршала графа Миниха;
в 1736 году находился при взятии Перекопа и Бахчисарая.
Неточные совпадения
Стародум.
В одном только: когда он внутренне удостоверен, что
служба его отечеству прямой пользы не приносит! А! тогда поди.
Он был по
службе меня моложе, сын случайного отца, воспитан
в большом свете и имел особливый случай научиться тому, что
в наше воспитание еще и не входило.
Правдин. А я слышал, что он
в военной
службе…
Стародум. Оставя его, поехал я немедленно, куда звала меня должность. Многие случаи имел я отличать себя. Раны мои доказывают, что я их и не пропускал. Доброе мнение обо мне начальников и войска было лестною наградою
службы моей, как вдруг получил я известие, что граф, прежний мой знакомец, о котором я гнушался вспоминать, произведен чином, а обойден я, я, лежавший тогда от ран
в тяжкой болезни. Такое неправосудие растерзало мое сердце, и я тотчас взял отставку.
Вошед
в военную
службу, познакомился я с молодым графом, которого имени я и вспомнить не хочу.