Неточные совпадения
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же?
Да Ольга слово уж дала
Онегину. О Боже, Боже!
Что слышит он? Она могла…
Возможно ль? Чуть лишь из пеленок,
Кокетка, ветреный ребенок!
Уж хитрость ведает она,
Уж изменять научена!
Не в силах Ленский снесть
удара;
Проказы женские кляня,
Выходит, требует коня
И скачет. Пистолетов пара,
Две пули — больше ничего —
Вдруг разрешат судьбу его.
Но в это самое мгновенье оба вдруг услыхали пронзительный свист, который как будто стегнул их по уху, и оба вдруг схватились за ружья, и две молнии блеснули, и
два удара раздались в одно и то же мгновение. Высоко летевший вальдшнеп мгновенно сложил крылья и упал в чащу, пригибая тонкие побеги.
Ударив гармоникой по забору, он бросил ее под ноги себе, растоптал
двумя ударами ноги и пошел прочь быстрым, твердым шагом трезвого человека.
Разбитая надежда на литературу и неудавшаяся попытка начать службу, — этих
двух ударов, которыми оприветствовал Калиновича Петербург, было слишком достаточно, чтобы, соединившись с климатом, свалить его с ног: он заболел нервной горячкой, и первое время болезни, когда был почти в беспамятстве, ему было еще как-то легче, но с возвращением сознания душевное его состояние стало доходить по временам до пределов невыносимой тоски.
Но между тем, должно быть, что-то было, потому что в спальне снова послышалось чёрканье спички, и
два удара косточкой тонкого пальчика по столу возвестили, что Вера не спит.
Неточные совпадения
Ровно через двадцать минут по уходе Разумихина раздались
два не громкие, но поспешные
удара в дверь; он воротился.
— Если вы еще года два-три проживете в этом климате да будете все лежать, есть жирное и тяжелое — вы умрете
ударом.
Ровно в пять часов, бронзовые часы Петр I не успели добить пятого
удара, как вышел Алексей Александрович в белом галстуке и во фраке с
двумя звездами, так как сейчас после обеда ему надо было ехать.
В соседней бильярдной слышались
удары шаров, говор и смех. Из входной двери появились
два офицера: один молоденький, с слабым, тонким лицом, недавно поступивший из Пажеского корпуса в их полк; другой пухлый, старый офицер с браслетом на руке и заплывшими маленькими глазами.
Однако, несмотря на порядок и хозяйственный расчет, Еремей Лукич понемногу пришел в весьма затруднительное положение: начал сперва закладывать свои деревеньки, а там и к продаже приступил; последнее прадедовское гнездо, село с недостроенною церковью, продала уже казна, к счастью, не при жизни Еремея Лукича, — он бы не вынес этого
удара, — а
две недели после его кончины.