Наш ночной путешественник действительно увидел перед собою человека в военной форме, жестом приглашавшего его в
открытую дверцу
кареты, у которой стоял ливрейный лакей.
Григорий Александрович, обыкновенно ездивший в
карете, поехал на этот раз верхом, а все приглашенные на прогулку, по желанию князя, отправились в
открытых экипажах.
Часто, глядя на нее, когда она, улыбающаяся, румяная от зимнего холоду, счастливая сознанием своей красоты, возвращалась с визитов и, сняв шляпу, подходила осмотреться в зеркало, или, шумя пышным бальным
открытым платьем, стыдясь и вместе гордясь перед слугами, проходила в
карету, или дома, когда у нас бывали маленькие вечера, в закрытом шелковом платье и каких-то тонких кружевах около нежной шеи, сияла на все стороны однообразной, но красивой улыбкой, — я думал, глядя на нее: что бы сказали те, которые восхищались ей, ежели б видели ее такою, как я видел ее, когда она, по вечерам оставаясь дома, после двенадцати часов дожидаясь мужа из клуба, в каком-нибудь капоте, с нечесаными волосами, как тень ходила по слабо освещенным комнатам.
Чопорные аристократки отвечают на бесцеремонные любезности переодетого рабочего, вчерашний нищий с piazza di Spagna, под маской и в бумажном домино, вскакивает в
карету к княгине Боргез и, стоя на подножке, очень развязно разговаривает с ней в
открытое окно.
Солдат молчал. Действительно, в углу
кареты, в темноте, прижималось что-то маленькое, неподвижное, но живое — при косом луче от фонаря блеснул
открытый глаз. Усаживаясь, Вернер толкнул ногою его колено.