Неточные совпадения
Я все-таки хотела быть
настоящей ему
женой и раскаялась перед ним, как только может человек раскаяться перед смертью.
— С
женой нас бог будет судить, кто больше виноват: она или я. Во всяком случае, я знаю, что в
настоящее время меня готовы были бы отравить, если б только не боялись законов.
Однако Калинович в разговоре с некоторыми лицами совершенно удовлетворительно объяснил это, говоря, что он давно сбирался съездить с семейством в Петербург, но теперь, получив
настоящее назначение, не может этого сделать, а потому отпустил
жену одну.
Неточные совпадения
Она молча села в карету Алексея Александровича и молча выехала из толпы экипажей. Несмотря на всё, что он видел, Алексей Александрович всё-таки не позволял себе думать о
настоящем положении своей
жены. Он только видел внешние признаки. Он видел, что она вела себя неприлично, и считал своим долгом сказать ей это. Но ему очень трудно было не сказать более, а сказать только это. Он открыл рот, чтобы сказать ей, как она неприлично вела себя, но невольно сказал совершенно другое.
Он, этот умный и тонкий в служебных делах человек, не понимал всего безумия такого отношения к
жене. Он не понимал этого, потому что ему было слишком страшно понять свое
настоящее положение, и он в душе своей закрыл, запер и запечатал тот ящик, в котором у него находились его чувства к семье, т. е. к
жене и сыну. Он, внимательный отец, с конца этой зимы стал особенно холоден к сыну и имел к нему то же подтрунивающее отношение, как и к желе. «А! молодой человек!» обращался он к нему.
Он вздрогнул. Ему не стало ни больно, ни совестно… Он не допускал даже возможности сравнения между
женой и Фенечкой, но он пожалел о том, что она вздумала его отыскивать. Ее голос разом напомнил ему: его седые волосы, его старость, его
настоящее…
У него была
жена, пухлая, чувствительная, слезливая и злая — дюжинное и тяжелое созданье; был и сынок,
настоящий барчонок, избалованный и глупый.
Во флигеле поселился веселый писатель Нестор Николаевич Катин с
женою, сестрой и лопоухой собакой, которую он назвал Мечта.
Настоящая фамилия писателя была Пимов, но он избрал псевдоним, шутливо объясняя это так: