Неточные совпадения
— Вы знаете, какой огромный талант у madame Чуйкиной, ей стыдно закапывать его;
пьеса скоро будет поставлена на сцену, автору она доставит славу, а madame Чуйкиной прибавит еще
новую ветвь к ее лавровому венку!.. — расписывал Хвостиков.
— Нет, нет! — сказала ему Татьяна Васильевна и, отведя его в сторону, начала ему что-то такое толковать шепотом о
пьесе своей. Долгов слушал ее с полнейшим вниманием; а между тем приехал
новый гость, старенький-старенький старичок. […старенький-старенький старичок. — Писемский здесь и далее имеет в виду Н.В.Сушкова (1796–1871) — бесталанного автора ряда стихотворений и
пьес, имя которого стало нарицательным для обозначения писательской бездарности.]
Когда кончилось чтение обзора, общество сошлось, и Левин встретил и Свияжского, звавшего его нынче вечером непременно в Общество сельского хозяйства, где будет читаться знаменитый доклад, и Степана Аркадьича, который только что приехал с бегов, и еще много других знакомых, и Левин еще поговорил и послушал разные суждения о заседании, о
новой пьесе и о процессе.
Это была обязанность критика не только перед разбираемым автором, но еще больше перед публикой, которая так постоянно одобряет Островского, со всеми его вольностями и уклонениями, и с каждой
новой пьесой все больше к нему привязывается.
— Действительно, замысловатая вышла штука, — проговорил Сарматов, приходя немного в себя. — Это выходит совсем
новая пьеса, в которой все остались с носом… ха-ха!.. А жаль, признаться сказать, я рассчитывал на кое-что, потому что, согласитесь сами, ведь плечи у этой бестии Шестеркиной — мрамор, нет — слоновая кость… Право, всем нам теперь остается только тараканов морозить!
Неточные совпадения
Пожалуйста, не пишите мне, что началась опера, что на сцене появилась
новая французская
пьеса, что открылось такое-то общественное увеселительное место: мне хочется забыть физиономию петербургского общества.
Я был удивлен (не дальше как в 1907 году, в Москве), когда один из нынешних беллетристов, самой
новой формации, приехавший ставить свою
пьесу из еврейского быта, пришел ко мне в номер"Лоскутной"гостиницы и стал мне изливаться — как он любил мой роман, когда учился в гимназии.
Критика тогда сводилась к двум-трем газетам. Сколько помню — рецензенты не особенно напали на"Однодворца", но и не помогли его успеху, который свелся к приличной цифре представлений. Тогда и огромный успех не мог дать — при системе бенефисов — в один сезон более двадцати спектаклей, и то не подряд. Каждую неделю появлялась
новая большая
пьеса.
Тогдашняя дирекция держалась очень хорошей традиции; давать на Масленице в пятнадцать спектаклей лучшие наши
пьесы старого репертуара и то, что шло самого ценного за зиму из
новых вещей — драматических и балетных.
Пьесы из современной жизни шли в обстановке только приличной, но без всех тех бесконечных деталей, которыми жрецы
нового искусства желают вызывать в публике ряд психических"настроений".