Способ этот Елпидифор Мартыныч заимствовал у одной деревенской повитухи, которая всякий раз и с большим успехом употребляла его, когда родильницы трудно рожали.
Там прежде всего бросилось в глаза ему маленькое красное тельце, которое повитуха мыла в корыте. Увидав его, Игнат встал на носки сапог и, заложив руки за спину, пошел к нему, ступая осторожно и смешно оттопырив губы. Оно верещало и барахталось в воде, обнаженное, бессильное, трогательно жалкое…
Но есть и исключительные: мальчик водит слепых, девочка в няньках у богатого мужика, мальчик в мастеровых, мужик бьет кирпич или делает севалки, баба — повитуха, лекарка, брат слепой — побирается, грамотный — читает псалтирь по мертвым, старик растирает табак, вдова тайно торгует водкой.
– Что ты? – испуганно отшатнулась она. – Муж цыганок на дух не переносит! Злится, как увидит… А повитуха говорит, что по внешним признакам скорее девочка.
– Выйдите вон!!!! – Властно, не повышая голоса, произнесла она. Две помощницы местной повитухи, с поклоном, вышли прочь.
– Что ты? – испуганно отшатнулась она. – Муж цыганок на дух не переносит! Злится, как увидит… А повитуха говорит, что по внешним признакам скорее девочка.
Деревенскими повитухами были пожилые женщины, по большей части вдовы, иногда замужние, но только те, которые сами перестали рожать.