Лет восьмнадцати, наконец, оставшись после смерти ее полным распорядителем самого себя, он решился поступить в тамошний университет с твердым намерением трудиться, работать, заниматься и, наконец, образовать из себя ученого человека, во славу современникам и для блага потомства, намерение, которое имеют почти все студенты в начальные месяцы первого курса.
А между тем жизнь пахнула уже на него своим обаянием: он ходил в театры, на гулянья, познакомился с четырехкурсными студентами, пропировал с ними целую ночь в трактире и выучился без ошибки петь «Gaudeamus igitur» [«Будем веселиться» (лат.) — начальные слова старинной студенческой песни.].
Время между тем шло: Эльчанинов опомнился только перед экзаменом; в три — четыре дня списал он пропущенные лекции и в один месяц с свойственной только студентам быстротой приготовился к экзамену.
Все шло как нельзя лучше для студента: старушка его полюбила, маленькая брюнетка час от часу к нему привыкала, и вот в один вечер Эльчанинов, оставшись наедине с Верочкой (так звали брюнетку), долго и высокопарно толковал ей о любви, а потом, как бы невольно схвативши ее пухленькую ручку, покрыл ее страстными поцелуями.
— Валерьян! — сказала она, взявши его за руки, — поздравь меня, Анета приехала. Ах, как нам троим будет весело. — С последними словами Вера потащила студента в гостиную.
Он много рассчитывал на этом дружеском сближении и все остальное время был очень занимателен: он говорил, как говорят обыкновенно студенты, о любви, о дружбе, стараясь всюду выказать благородство чувств и мыслей, и в то же время весьма мало упоминал, по известной ему цели, о своей любви к Вере.
Профессор перестанет читать лекции, студент перестанет учиться, писатель бросит авторство, актер не покажется на сцену, артист изломает резец и палитру, говоря высоким слогом, если найдет возможность даром получить все, чего теперь добивается трудом.
Она по-прежнему якшается с студентами, особенно с молодыми русскими физиками и химиками, которыми наполнен Гейдельберг и которые, удивляя на первых порах наивных немецких профессоров своим трезвым взглядом на вещи, впоследствии удивляют тех же самых профессоров своим совершенным бездействием и абсолютною ленью.
Она зародилась в 2006 году, на одной из первых консультаций, которую я, ещё будучи студентом педагогического вуза, давал родителям одного моего ученика.
Но всё-таки в современном мире среднюю школу оценивают по тому, сколько выпускников из неё поступили в престижную старшую школу, а старшую – по тому, сколько её выпускников стали студентами университетов.
Возможно, поэтому огромную роль в формировании моих взглядов сыграли деловые книги, которые я начал читать ещё студентом университета и продолжаю читать до сих пор.
Она зародилась в 2006 году, на одной из первых консультаций, которую я, ещё будучи студентом педагогического вуза, давал родителям одного моего ученика.
Но всё-таки в современном мире среднюю школу оценивают по тому, сколько выпускников из неё поступили в престижную старшую школу, а старшую – по тому, сколько её выпускников стали студентами университетов.
Возможно, поэтому огромную роль в формировании моих взглядов сыграли деловые книги, которые я начал читать ещё студентом университета и продолжаю читать до сих пор.