Неточные совпадения
Действие происходит
в стране берендеев
в доисторическое время. Пролог на Красной
горке, вблизи Берендеева посада, столицы царя Берендея. Первое действие
в заречной слободе Берендеевке. Второе действие во дворце царя Берендея. Третье действие
в заповедном лесу. Четвертое действие
в Ярилиной долине.
Начало весны. Полночь. Красная
горка, покрытая снегом. Направо кусты и редкий безлистый березник; налево сплошной частый лес больших сосен и елей с сучьями, повисшими от тяжести снега;
в глубине, под горой, река; полыньи и проруби обсажены ельником. За рекой Берендеев посад, столица царя Берендея; дворцы, дома, избы, все деревянные, с причудливой раскрашенной резьбой;
в окнах огни. Полная луна серебрит всю открытую местность. Вдали кричат петухи.
Весна-Красна спускается на Красную
горку в сопровождении птиц.
Снегурочка, потешь свою подружку
В последний раз,
в останешний, — пойдем
Круги водить, играть на Красной
горке.
Не долго мне резвиться-веселиться,
Последний день моей девичьей воли,
Снегурочка, последний.
Неточные совпадения
Краса и гордость русская, // Белели церкви Божии // По
горкам, по холмам, // И с ними
в славе спорили // Дворянские дома. // Дома с оранжереями, // С китайскими беседками // И с английскими парками; // На каждом флаг играл, // Играл-манил приветливо, // Гостеприимство русское // И ласку обещал. // Французу не привидится // Во сне, какие праздники, // Не день, не два — по месяцу // Мы задавали тут. // Свои индейки жирные, // Свои наливки сочные, // Свои актеры, музыка, // Прислуги — целый полк!
В тумане полились воды, затрещали и сдвинулись льдины, быстрее двинулись мутные, вспенившиеся потоки, и на самую Красную
Горку, с вечера, разорвался туман, тучи разбежались барашками, прояснело, и открылась настоящая весна.
После короткого совещания — вдоль ли, поперек ли ходить — Прохор Ермилин, тоже известный косец, огромный, черноватый мужик, пошел передом. Он прошел ряд вперед, повернулся назад и отвалил, и все стали выравниваться за ним, ходя под гору по лощине и на гору под самую опушку леса. Солнце зашло за лес. Роса уже пала, и косцы только на
горке были на солнце, а
в низу, по которому поднимался пар, и на той стороне шли
в свежей, росистой тени. Работа кипела.
— Слава Богу! — сказал Максим Максимыч, подошедший к окну
в это время. — Экая чудная коляска! — прибавил он, — верно какой-нибудь чиновник едет на следствие
в Тифлис. Видно, не знает наших
горок! Нет, шутишь, любезный: они не свой брат, растрясут хоть англинскую!
Поедет на дрожках, даст порядок, а между тем и словцо промолвит тому-другому: «Что, Михеич! нужно бы нам с тобою доиграть когда-нибудь
в горку».