Вечернею порой Гуляючи, держися ближе к лесу, А я отдам приказ тебя беречь. Ау, дружки! Лепетушки, Лесовые! Заснули, что ль? Проснитесь, отзовитесь На голос мой!
Закрой сперва сыпучими песками Глаза мои, доской тяжелой сердце У бедненькой Купавы раздави, Тогда бери другую. Очи видеть Разлучницы не будут, горя злого Ревнивое сердечко не учует. Снегурочка, завистница, отдай Дружка назад!
Подружка дорогая, И ты, дружок ее, оставьте нас. Слова твои обидно, больно слушать. Снегурочка чужая вам. Прощайте! Ни счастьем вы пред нами не хвалитесь, Ни в зависти меня не упрекайте!
Уж видно нам мириться с вами, парни. Ребята вы других не хуже. Пусть же Узнает Лель, и мы ему докажем, Что парни нас не обегают. Рад бы Обнять когда и Радушку, да поздно; У ней дружок, ему и поцелуи От Радушки.
Ласкай меня, Целуй меня, пригоженький! Пусть видят, Что я твоя подружка. Горько, больно Одной бродить! Глядят как на чужую И девушки и парни. Вот пошла бы На царские столы смотреть, а с кем? Подружки все с дружками, косо смотрят, Сторонятся; отстань, мол, не мешай! С старушками пойти и с стариками — Насмешками да бранью докорят. Одной идти, так страшно. Будь дружком, Пригоженький.
А англичане и не знают, что это такое молво. Перешептываются, перемигиваются, твердят друг дружке: «Молво, молво», а понять не могут, что это у нас такой сахар делается, и должны сознаться, что у них все сахара есть, а «молва» нет.
Должна, говорил, быть на свете праведная земля… в той, дескать, земле — особые люди населяют… хорошие люди! друг дружку они уважают, друг дружке — завсяко-просто — помогают… и всё у них славно-хорошо!
Паратов. Был разговор небольшой. Топорщился тоже, как и человек, петушиться тоже вздумал. Да погоди, дружок, я над тобой, дружок, потешусь. (Ударив себя по лбу.) Ах, какая мысль блестящая! Ну, Робинзон, тебе предстоит работа трудная, старайся…