Съели кашу и, не выходя из-за стола, за попойку принялись. Женщины пошли в задние горницы, а мужчины расселись вокруг самовара пунши распивать. Пили за все и про все, чтобы умником рос Захарушка, чтобы дал ему здоровья Господь, продлил бы ему веку на сто годов, чтоб во всю жизнь было у него столько добра в дому́, сколько в Москве на торгу́, был бы на ногу лего́к да ходо́к, чтобы всякая работа спорилась у него в руках.
Неточные совпадения
Взял ложку Василий Борисыч. А каша-то крутым-нáкруто насолена, перцу да горчицы в нее понакладено.
Съел ложку родитель, закашлялся, а бабушка Никитишна не отстает от него...
Подали чай, любимую Денисовым молочную
кашу из сорочинского пшена, рыбы, пирожков, варенья, разных плодов и ягод. В его комнату никто не смел войти. Из рук Варвары Петровны и Марьи Ивановны Николай Александрыч за дверьми сам принимал и чай, и кушанья, но Егор Сергеич отказался от угощенья, пил только чай да
съел небольшую грушу, и ту не всю.
Степан размахнулся и ударил кулаком по скамье, на которой лежала Марья. По его щеке поползла крупная сверкающая слеза. Он смахнул с лица слезу, сел за стол и принялся за кашу. Марья поднялась и, всхлипывая, села за печью, подальше от людей.
Съели кашу.
Неточные совпадения
Мы пошли вверх на холм. Крюднер срубил капустное дерево, и мы
съели впятером всю сердцевину из него. Дальше было круто идти. Я не пошел: нога не совсем была здорова, и я сел на обрубке, среди бананов и таро, растущего в земле, как морковь или репа. Прочитав, что сандвичане делают из него poп-poп, я спросил каначку, что это такое. Она тотчас повела меня в свою столовую и показала горшок с какою-то белою
кашею, вроде тертого картофеля.
Но ничего не вышло. Щука опять на яйца села; блины, которыми острог конопатили, арестанты
съели; кошели, в которых
кашу варили, сгорели вместе с
кашею. А рознь да галденье пошли пуще прежнего: опять стали взаимно друг у друга земли разорять, жен в плен уводить, над девами ругаться. Нет порядку, да и полно. Попробовали снова головами тяпаться, но и тут ничего не доспели. Тогда надумали искать себе князя.
— Вот, она мне этой рисовой
кашей житья не дает, — заметил Леонтий, — уверяет, что я незаметно
съел три тарелки и что за
кашей и за
кашу влюбился в нее. Что я, в самом деле, урод, что ли?
Петербургская знать во главе с великими князьями специально приезжала из Петербурга
съесть тестовского поросенка, раковый суп с расстегаями и знаменитую гурьевскую
кашу, которая, кстати сказать, ничего общего с Гурьинским трактиром не имела, а была придумана каким-то мифическим Гурьевым.
Я догадался, что имею дело с бюрократом самого новейшего закала. Но — странное дело! — чем больше я вслушивался в его рекомендацию самого себя, тем больше мне казалось, что, несмотря на внешний закал, передо мною стоит все тот же достолюбезный Держиморда, с которым я когда-то был так приятельски знаком. Да, именно Держиморда! Почищенный, приглаженный, выправленный, но все такой же балагур, готовый во всякое время и отца родного с
кашей съесть, и самому себе в глаза наплевать…