Неточные совпадения
Словом сказать, выросли Лиза с Наташей в строгой простоте коренной русской жизни, не испорченной ни чуждыми быту нашему верованиями, ни противными складу русского ума иноземными новшествами, ни доморощенным тупым суеверием, все порицающим, все отрицающим, о чем не ведали отцы и
деды, о чем не писано в
старых книгах.
Старых обычаев, что от
дедов, от прадедов ведутся, рушить, голубчик, нельзя; особливо на свадьбах.
Деды их и прадеды в
старые годы за каким-то монастырем были, потом поступили в ведомство Коллегии экономии и стали писаться «экономическими», а управляться наравне с казенными крестьянами.
Смирились, а все-таки не могли забыть, что их
деды и прадеды Орехово поле пахали, Рязановы пожни косили, в Тимохином бору дрова и лес рубили. Давно подобрались старики, что жили под монастырскими властями, их сыновья и внуки тоже один за другим ушли на ниву Божию, а Орехово поле, Рязановы пожни и Тимохин бор в Миршени по-прежнему и
старому, и малому глаза мозолили. Как ни взглянут на них, так и вспомнят золотое житье
дедов и прадедов и зачнут роптать на свою жизнь горе-горькую.
Так я, по моей старости и опытности, скажу вам, Дмитрий Петрович:
старые обычаи преставлять не годится — наши отцы,
деды, прадеды не глупее нас с вами были, а заведенных порядков держались крепко.
— Изволь, государь-батюшка, скушать все до капельки, не моги, свет-родитель, оставлять в горшке ни малого зернышка. Кушай, докушивай, а ежель не докушаешь, так бабка-повитуха с руками да с ногтями. Не доешь — глаза выдеру. Не захочешь докушать, моего приказа послушать — рукам волю дам.
Старый отецкий устав не смей нарушать — исстари так дедами-прадедами уложено и нáвеки ими установлено. Кушай же, свет-родитель, докушивай, чтоб дно было наголо, а в горшке не осталось крошек и мышонку поскресть.
Я вам скажу, что на хуторе уже начинают смеяться надо мною: «Вот, говорят, одурел
старый дед: на старости лет тешится ребяческими игрушками!» И точно, давно пора на покой.
Шестнадцать лет тому, как я для шутки // И теша свой непостоянный нрав, // Изменчивый и прихотливый, стала // Заигрывать с Морозом,
старым дедом, // Проказником седым; и с той поры // В неволе я у старого.
Шумною толпой выбегают ребятишки на побелевшую улицу; в волоковые окна выглядывают сморщенные лица бабушек; крестясь или радостно похлопывая рукавицами, показываются из-за скрипучих ворот отцы и
старые деды, такие же почти белые, как самый снег, который продолжает валить пушистыми хлопьями.
Неточные совпадения
Я работаю, // А Дема, словно яблочко // В вершине
старой яблони, // У
деда на плече // Сидит румяный, свеженький…
В могилках наши прадеды, // На печках
деды старые // И в зыбках дети малые — // Все ваше, все господское!
Вздохнул Савелий… — Внученька! // А внученька! — «Что, дедушка?» // — По-прежнему взгляни! — // Взглянула я по-прежнему. // Савельюшка засматривал // Мне в очи; спину
старую // Пытался разогнуть. // Совсем стал белый дедушка. // Я обняла старинушку, // И долго у креста // Сидели мы и плакали. // Я
деду горе новое // Поведала свое…
Но
деду более всего любо было то, что чумаков каждый день возов пятьдесят проедет. Народ, знаете, бывалый: пойдет рассказывать — только уши развешивай! А
деду это все равно что голодному галушки. Иной раз, бывало, случится встреча с
старыми знакомыми, —
деда всякий уже знал, — можете посудить сами, что бывает, когда соберется
старье: тара, тара, тогда-то да тогда-то, такое-то да такое-то было… ну, и разольются! вспомянут бог знает когдашнее.