Третий был совсем юноша, в новой
крестьянской одежде, с бледным и как будто слегка испуганным лицом; его шаги были неуверенны, и по временам он останавливался, как будто прислушиваясь к чему-то назади и мешая движению товарищей.
Прошло часа три в ожидании знаменитого гостя. Между тем небольшая двухвесельная лодка подошла к пристани. В ней сидели два финна в простых
крестьянских одеждах, больших и широкополых шляпах, опущенных, по обыкновению, на самые глаза. Один усердно работал веслами, другой управлял рулем. Лодку не пустили на пристань, и она должна была подойти к берегу несколько подальше. Старик, сидевший у руля, вышел на берег и начал пробираться к городскому дому.
Это благородство в чертах, какая-то покорность своему жребию, несвойственная черни, и руки, хотя загорелые, но чрезвычайно нежные, не ладили с ее
крестьянской одеждой.
Из плеча, сквозь небольшое отверстие, пробитого пулей кафтана, быстро стекала густая алая полоска крови, смачивая собой рукав грубой
крестьянской одежды Милицы.
Неточные совпадения
На берегу и около домов — везде попадались кучки бурлаков, с котомками и без котомок, в рваных полушубках, в заплатанных азямах [Азям —
крестьянская верхняя длиннополая
одежда.] и просто в лохмотьях, состав которых можно определить только химическим путем, а не при помощи глаза.
Крестьянский народ пестрыми толпами возвращался из церкви; старики, девки, дети, бабы с грудными младенцами, в праздничных
одеждах, расходились по своим избам, низко кланяясь барину и обходя его.
Он торговал оптом, торговал по мелочам; у него можно было купить живую корову и четверть фунта коровьего масла, воз рыбы и горсть мерзлых пескарей на уху; деготь, сало,
одежда, гвозди, соль, набивные платки, свечи, колеса — словом, все, что входит в состав
крестьянского хозяйства, всем торговал Герасим.
Один — молодой, статный, румяный крестьянин или мызник (судя по
одежде его, отличающейся от
крестьянской некоторыми выгодными оттенками); другой — дитя, лет двух.