Неточные совпадения
Не с кем стало словечка перемолвить Никитушке; отца видал он редко, а от мачехи да от прислуги только бранные речи слыхал и каждый
день терпел обиды: и щипки, и рывки, и целые потасовки.
Все
терпел, все сносил и в надежде на милости всем, чем мог, угождал наемный люд неподступному хозяину; но
не было ни одного человека, кто бы любил по душе Марка Данилыча, кто бы, как за свое, стоял за добро его, кто бы рад был за него в огонь и в воду пойти. Между хозяином и наймитами
не душевное было
дело,
не любовное, а корыстное, денежное.
— Смерть
не люблю!.. — с сердцем, отрывисто вскликнул Корней, отвернувшись от Марка Данилыча. —
Терпеть не могу, ежели мне кто в моих
делах помогает. От помощников по́соби мало, а пакостей вдоволь. Кажись бы, мне
не учиться стать хитрые
дела одной своей башкой облаживать?..
— Девица она, видите, уж на возрасте, пора бы и своим домком хозяйничать, — продолжал Марко Данилыч. — Сам я, покамест Господь грехам
терпит, живу, да ведь никем
не узнано, что наперед будет. Помри я, что с ней станется? Сами посудите… Дарья Сергевна нам все едино что родная, и любит она Дунюшку, ровно дочь, да ведь и ее
дело женское. Где им
делами управить? Я вот и седую бороду нажил, а иной раз и у меня голова трещит.
— А вино-то на что? — перервал ее речи Колышкин. — Сперва шампанское да венгерское, потом сладенькие ликерцы, а потом
дело дошло и до коньяка… Теперь
не дошло ли уж и до хлебной слезы, что под тын человека кладет… Совсем скружилась девка и стыд и совесть утопила в вине, а перед Марьей Гавриловной, в угоду любовнику, стала дерзка, заносчива, обидлива.
Терпит Марья Гавриловна, пьет чашу горькую!
Князь сейчас же призвал правителя или исправлявшего его должность и велел немедленно написать «хороший напрягай и указание». Сноситься с попечителем, который тогда жил в Харькове, князю казалось излишним, — он хотел сам исправлять все непосредственно, — да и
дело не терпело отлагательства.
Неточные совпадения
Траги-нервических явлений, // Девичьих обмороков, слез // Давно
терпеть не мог Евгений: // Довольно их он перенес. // Чудак, попав на пир огромный, // Уж был сердит. Но,
девы томной // Заметя трепетный порыв, // С досады взоры опустив, // Надулся он и, негодуя, // Поклялся Ленского взбесить // И уж порядком отомстить. // Теперь, заране торжествуя, // Он стал чертить в душе своей // Карикатуры всех гостей.
— Неразумная голова, — говорил ему Тарас. —
Терпи, козак, — атаман будешь!
Не тот еще добрый воин, кто
не потерял духа в важном
деле, а тот добрый воин, кто и на безделье
не соскучит, кто все вытерпит, и хоть ты ему что хочь, а он все-таки поставит на своем.
И сама история только в тоску повергает: учишь, читаешь, что вот-де настала година бедствий, несчастлив человек; вот собирается с силами, работает, гомозится, страшно
терпит и трудится, все готовит ясные
дни. Вот настали они — тут бы хоть сама история отдохнула: нет, опять появились тучи, опять здание рухнуло, опять работать, гомозиться…
Не остановятся ясные
дни, бегут — и все течет жизнь, все течет, все ломка да ломка.
Ты все это знаешь, видел, что я воспитан нежно, что я ни холода, ни голода никогда
не терпел, нужды
не знал, хлеба себе
не зарабатывал и вообще черным
делом не занимался.
— Если поискать, то найдутся другие. Но
дело в том, что искусство
не терпит спора и рассуждений. А при картине Иванова для верующего и для неверующего является вопрос: Бог это или
не Бог? и разрушает единство впечатления.