Неточные совпадения
Когда Марко Данилыч
вошел в лавку к Чубалову, она была полнехонька. Кто
книги читал, кто иконы разглядывал,
в трех местах шел живой торг;
в одном углу торговал Ермолаич,
в другом Иванушка, за прилавком сам Герасим Силыч.
В сторонке,
в тесную кучку столпясь, стояло человек восемь, по-видимому, из мещан или небогатых купцов. Двое, один седой, другой борода еще не опушилась, горячо спорили от Писания, а другие внимательно прислушивались к их словам и лишь изредка выступали со своими замечаньями.
И сыновья и племянница хоть и проводили все почти время с гувернерами и учительницами, но после, начитавшись сначала «Четьи-миней» и «Патериков» об умерщвлении плоти угодниками, а потом мистических
книг, незаметно для самих себя
вошли в «тайну сокровенную». Старший остался холостым, а меньшой женился на одной бедной барышне, участнице «духовного союза» Татариновой. Звали ее Варварой Петровной, у них была дочь, но ходили слухи, что она была им не родная, а приемыш либо подкидыш.
Вдруг тихими, неслышными шагами
вошла Анисья Терентьевна Красноглазиха,
в обычном темно-синем сарафане,
в черной душегрейке, повязанная по голове белым платком
в знак похоронной печали, и с толстой
книгой под мышкой. Помолилась она перед стоявшею
в головах покойника иконой, поклонилась
в землю Марку Данилычу, потом отвесила низкий поклон Патапу Максимычу.
Неточные совпадения
Надо бы взять костяной ножик, да его нет; можно, конечно, спросить и столовый, но Обломов предпочел положить
книгу на свое место и направиться к дивану; только что он оперся рукой
в шитую подушку, чтоб половчей приладиться лечь, как Захар
вошел в комнату.
Он уж прочел несколько
книг. Ольга просила его рассказывать содержание и с неимоверным терпением слушала его рассказ. Он написал несколько писем
в деревню, сменил старосту и
вошел в сношения с одним из соседей через посредство Штольца. Он бы даже поехал
в деревню, если б считал возможным уехать от Ольги.
Когда он
вошел в маленькую гостиную, где всегда пил чай, и уселся
в своем кресле с
книгою, а Агафья Михайловна принесла ему чаю и со своим обычным: «А я сяду, батюшка», села на стул у окна, он почувствовал что, как ни странно это было, он не расстался с своими мечтами и что он без них жить не может.
Войдя в кабинет, Рябинин осмотрелся по привычке, как бы отыскивая образ, но, найдя его, не перекрестился. Он оглядел шкапы и полки с
книгами и с тем же сомнением, как и насчет вальдшнепов, презрительно улыбнулся и неодобрительно покачал головой, никак уже не допуская, чтоб эта овчинка могла стоить выделки.
— Три года тому назад, однажды,
в зимний вечер, когда смотритель разлиневывал новую
книгу, а дочь его за перегородкой шила себе платье, тройка подъехала, и проезжий
в черкесской шапке,
в военной шинели, окутанный шалью,
вошел в комнату, требуя лошадей.