Был он в длиннополом, спереди насквозь просаленном нанковом сюртуке, с бумажным
плáтом на шее — значит, не по древлему благочестию: истый старовер
плáта на шею ни за что не взденет, то фряжский обычай, святыми отцами не благословенный.
На стульях, на креслах, на длинном турецком диване десять скитских матерей с черными
плáтами на головах да пятеро пожилых степенных купцов сидят. В смежной комнате краснощекий толстый приказчик хозяйничает за ведерным самоваром, то и дело отирая платком пот, обильно выступавший на громадной его лысине.