Разгорелась потеха, рассыпались бойцы по лугу, а красные девицы, ровно спугнутая лебединая стая, без оглядки понеслись под угорье — там старики, люди пожилые, молодицы и малолетки, стоя гурьбами, на бой глядят.
Из села было Измайлова, Из любимого садочка сударева, Там ясен сокол из садичка вылетывал, За ним скоро выезживал млад охотничек, Манил он ясного сокола на праву руку. Ответ держит ясен сокол: «Не умел ты меня держать в золотой клетке И на правой руке не умел держать, Теперь я полечу на сине море; Убью я себе белого лебедя, Наклююся я мяса сладкого, «лебединого».
В те дни, когда в садах Лицея Я безмятежно расцветал, Читал охотно Апулея, А Цицерона не читал, В те дни в таинственных долинах, Весной, при кликах лебединых, Близ вод, сиявших в тишине, Являться муза стала мне. Моя студенческая келья Вдруг озарилась: муза в ней Открыла пир младых затей, Воспела детские веселья, И славу нашей старины, И сердца трепетные сны.