Фельдмаршал писал также государыне, что по отзывам доктора и священника смерть самозванки должна последовать через несколько часов, почему он и дал приказание зарыть ее в самом равелине, чтобы ни поляки, с нею
посаженные, ни камердинеры, ни Франциска фон-Мешеде не могли узнать, что сталось с нею.