Уверился Гриша и в том, что по ночам не Дуняша в оконце постукивает, не она с ним на речке заигрывает, но некий-от эфиоп, сиречь бес преисподний, в девичьем образе выходит из геенны смущати его… «Окаянный — от, думает, все больше во образе жены с трудниками борется; и в книгах писано, что в древние времена в киновиях и великих лаврах синайских, в пустынях египетских и фиваидских преподобным отцам беси в женском образе все больше являлись…
Настоящею причиной всей этой «новизны» было чувство, внушенное Базарову Одинцовой, чувство, которое его мучило и бесило и от которого он тотчас отказался бы с презрительным хохотом и циническою бранью, если бы кто-нибудь хотя отдаленно намекнул ему на возможность того, что в нем происходило.
– Да мало ли, – усмехнулся он, но смех вышел каким-то наигранным. – Я всех учителей всегда бесил. Даже на постановке это было. Это ни о чём не говорит.
Женщины меня бесят. Они имеют дар ослеплять и ослепляться. Они упрямы, оттого что слабы. Они злопамятны, оттого что слабы… Им надобна беспрестанная пища для чувств, они не видят пороков в своих идолах, потому что их обожают; а оттого-то они не способны к дружбе, ибо дружба едва ли ослепляется! — Но можно ли бранить женщин? Можно: браните смело. У них столько же добродетели, сколько пороков.
Например, для игрока всплывающие подсказки в игре могут просто бесить и раздражать, но это не будет являться багом с точки зрения их функционала.
То, что обожал больше всего – залипать в компе или телефоне, – начинает бесить неимоверно.
– Да мало ли, – усмехнулся он, но смех вышел каким-то наигранным. – Я всех учителей всегда бесил. Даже на постановке это было. Это ни о чём не говорит.