Неточные совпадения
— Тем и
лучше, что
хорошего отца дочери, — сказала Аксинья Захаровна. — Связываться с теми не след. Сядьте-ка
лучше да псалтырь ради
праздника Христова почитайте. Отец скоро с базара приедет, утреню будем стоять; помогли бы
лучше Евпраксеюшке моленну прибрать… Дело-то не в пример будет праведнее, чем за околицу бегать. Так-то.
— Знатные гости на
празднике будут, надо, чтоб все по-хорошему было: Смолокуров Марко Данилыч с Дунюшкой приедет, Патап Максимыч обещался, Самоквасов племянник здесь… Опять же матери со всех обителей наедут — согласные и несогласные… Угощенье тут первое дело, надо, чтоб видели все наше строительство, все бы хозяйственность нашу ценили… Варенцов много ли?
— Пожалуй, что
лучше не ездить, — подумав, сказала Манефа. — Хоть в том письме, что сегодня пришло, про Шарпан не помянуто, однако ж допрежь того из Петербурга мне было писано, что тому генералу и Шарпан велено осмотреть и казанскую икону отобрать, если докажется, что к ней церковники на поклонение сходятся. И сама бы я не поехала, да нельзя. Матушка Августа была у нас на
празднике, нельзя к ней не съездить.
Неточные совпадения
— В самом деле, о
празднике лучше напишу, — сказал Илья Иванович.
И недели три Илюша гостит дома, а там, смотришь, до Страстной недели уж недалеко, а там и
праздник, а там кто-нибудь в семействе почему-то решит, что на Фоминой неделе не учатся; до лета остается недели две — не стоит ездить, а летом и сам немец отдыхает, так уж
лучше до осени отложить.
А все говорят на русского человека: он беспечен, небрежен, живет на авось; чем «кафрская война»
лучше наших
праздников?
Немало вышло из учеников С. И. Грибкова
хороших художников. Время от времени он их развлекал, устраивал по
праздникам вечеринки, где водка и пиво не допускались, а только чай, пряники, орехи и танцы под гитару и гармонию. Он сам на таких пирушках до поздней ночи сидел в кресле и радовался, как гуляет молодежь.
Тихо и ясно стало нá сердце у Дунюшки с той ночи, как после катанья она усмирила молитвой тревожные думы. На что ни взглянет, все светлее и краше ей кажется. Будто дивная завеса опустилась перед ее душевными очами, и невидимы стали ей людская неправда и злоба. Все люди
лучше, добрее ей кажутся, и в себе сознает она, что стала добрее и
лучше. Каждый день ей теперь
праздник великий. И мнится Дуне, что будто от тяжкого сна она пробудилась, из темного душного морока на высоту лучезарного света она вознеслась.