Неточные совпадения
— Вот и думаю я съездить
в город, — сказал Патап Максимыч, — там дружок у меня есть, по эвтой самой науке доточный. На царских золотых промыслах
служил… Дам ему песочку, чтоб испробовал, можно ль из него золото делать.
Дядя Елистрат пожелал всероссийского произведения, и минуты через три ловкий любимовец [
В трактирах приволжских
городов и
в обеих столицах половыми
служат преимущественно уроженцы Любимского уезда Ярославской губернии.], ровно с цепи сорвавшись, летел уж к своим гостям.
Неточные совпадения
— Не я-с, Петр Петрович, наложу-с <на> вас, а так как вы хотели бы
послужить, как говорите сами, так вот богоугодное дело. Строится
в одном месте церковь доброхотным дательством благочестивых людей. Денег нестает, нужен сбор. Наденьте простую сибирку… ведь вы теперь простой человек, разорившийся дворянин и тот же нищий: что ж тут чиниться? — да с книгой
в руках, на простой тележке и отправляйтесь по
городам и деревням. От архиерея вы получите благословенье и шнурованную книгу, да и с Богом.
Он был на такой ноге
в городе, что пригласительный билет от него мог
служить паспортом во все гостиные, что многие молоденькие и хорошенькие дамы охотно подставляли ему свои розовенькие щечки, которые он целовал как будто с отеческим чувством, и что иные, по-видимому, очень важные и порядочные, люди были
в неописанной радости, когда допускались к партии князя.
Шанхай сам по себе ничтожное место по народонаселению;
в нем всего (было до осады) до трехсот тысяч жителей: это мало для китайского
города, но он
служил торговым предместьем этим
городам и особенно провинциям, где родится лучший шелк и чай — две самые важные статьи, которыми пока расплачивается Китай за бумажные, шерстяные и другие европейские и американские изделия.
Нельзя думать, чтобы «Летописец» добровольно допустил такой важный биографический пропуск
в истории родного
города; скорее должно предположить, что преемники Двоекурова с умыслом уничтожили его биографию, как представляющую свидетельство слишком явного либерализма и могущую
послужить для исследователей нашей старины соблазнительным поводом к отыскиванию конституционализма даже там, где,
в сущности, существует лишь принцип свободного сечения.
К довершению бедствия глуповцы взялись за ум. По вкоренившемуся исстари крамольническому обычаю, собрались они около колокольни, стали судить да рядить и кончили тем, что выбрали из среды своей ходока — самого древнего
в целом
городе человека, Евсеича. Долго кланялись и мир и Евсеич друг другу
в ноги: первый просил
послужить, второй просил освободить. Наконец мир сказал: