Неточные совпадения
— Повечерие на отходе, — чуть не до земли кланяясь Патапу Максимычу, сказал отец Спиридоний, монастырский гостиник, здоровенный старец, с лукавыми, хитрыми и быстро, как мыши, бегающими
по сторонам глазками. — Как угодно вам будет, гости дорогие, — в часовню прежде, аль на гостиный двор, аль к
батюшке отцу Михаилу в келью? Получаса не пройдет, как он со службой управится.
—
По письму Петра Спиридоныча, что про вас пишет, да опять же наслышана будучи про вас от
батюшки Ивана Матвеича [Беглый поп,
по фамилии Ястребов, живший на Рогожском кладбище и пользовавшийся уважением старообрядцев.] да от матушки Пульхерии, не обинуясь всю правду буду говорить тебе, Василий Борисыч…
—
По письмам
батюшки Ивана Матвеича склонились было мы австрийское священство принять.
— Да
по разным местам,
батюшка, — отвечал Алексей. — Теперь покуда в Красну Рамень на мельницы… оттоль и сам не знаю куда.
— Пароходы хвалят теперь,
батюшка, — ответил Алексей. — На пароходы думаю поступить… Если б теперича мне приказчиком пароходным определиться — жалованье дадут хорошее, опять же награды каждый год большие…
По времени можно и свой пароходишко сколотить…
— У Колышкина место,
батюшка, у Сергея Андреича, — отвечал Алексей. — Приятель Патапу Максимычу будет… Пароходы у него
по Волге бегают… На одном пароходе мне место сулит — всем заправлять, чтоб, значит, все было на моем отчете.
— Мы с
батюшкой теперича в расчете, — молвил Алексей, встряхнув
по старой привычке кудрями, которых уж не было.
И ни словечка ни с кем не вымолвил он на обратном пути в Комаров. Когда расселись
по повозкам, мать Аркадия вздумала было завести с ним разговор про Китежского «Летописца», но Василий Борисыч сказал, что он обдумывает, как и что ему в Петров день на собранье говорить… Замолчала Аркадия, не взглядывала даже на спутника. «Пусть его,
батюшка, думает, пусть его сбирается с мыслями всеобщего ради умирения древлеправославных христиан!..»
Вздумалось Ивану-царевичу
по белу́ свету поездить, людей посмотреть, себя показать, и пошел к
батюшке царю просить родительского благословенья, государского соизволения — ехать
по белу́ свету странствовать, людей смотреть, себя казать.
По благословению
батюшки Ивана Матвеича и многих нарочито прибывших тогда в Москву отцов: Силуяна иргизского, Симеона Лаврентьева монастыря с Ветки, Рафаила Покровского монастыря, Сергия и Ипполита Никольского монастыря из слобод Стародубских, отцов Илии и Пафнутия керженских и с общего совета присланных ото всех старообрядских обществ совещателей, единогласно приговорили и, конечно, уложили: искать епископа, да проистечет от него навеки неиссякаемый источник освящения.
«Кто бы такой? — думал сам про себя рыболов. — Приказный из городу, так ехал бы с ямщиком, да у него и борода была бы не бритая, господ
по здешним местам не водится, — разве попович невесту смотреть к
батюшке едет?.. Так где ему взять таких лошадей?»
— Вот ведь,
батюшка, вы все знаете, как у нас по-старинному делается, — улыбнулся Самоквасов.
Амалия Ивановна покраснела как рак и завизжала, что это, может быть, у Катерины Ивановны «совсем фатер не буль; а что у ней буль фатер аус Берлин, и таки длинны сюртук носиль и всё делаль: пуф, пуф, пуф!» Катерина Ивановна с презрением заметила, что ее происхождение всем известно и что в этом самом похвальном листе обозначено печатными буквами, что отец ее полковник; а что отец Амалии Ивановны (если только у ней был какой-нибудь отец), наверно, какой-нибудь петербургский чухонец, молоко продавал; а вернее всего, что и совсем отца не было, потому что еще до сих пор неизвестно, как зовут Амалию Ивановну
по батюшке: Ивановна или Людвиговна?
Неточные совпадения
— Только,
батюшка, ради нищеты-то моей, уже дали бы
по сорока копеек.
— Да кого же знакомого? Все мои знакомые перемерли или раззнакомились. Ах,
батюшка! как не иметь, имею! — вскричал он. — Ведь знаком сам председатель, езжал даже в старые годы ко мне, как не знать! однокорытниками были, вместе
по заборам лазили! как не знакомый? уж такой знакомый! так уж не к нему ли написать?
— Ну,
батюшка, воля ваша, хоть
по две копейки пристегните.
— Вот-с,
батюшка: коли
по гривне в месяц с рубля, так за полтора рубля причтется с вас пятнадцать копеек, за месяц вперед-с. Да за два прежних рубля с вас еще причитается
по сему же счету вперед двадцать копеек. А всего, стало быть, тридцать пять. Приходится же вам теперь всего получить за часы ваши рубль пятнадцать копеек. Вот получите-с.
Ведь так, кажется, вас
по батюшке-то?..