Неточные совпадения
Ой, леса, лесочки, хмелевые ночки!.. Видишь ты, синее звездистое небо, как Яр-Хмель-молодец по Матушке-Сырой Земле гуляет, на совет да на любовь молодых людей сближает?.. Видишь ты, небо, все ты слышишь, все: и страстный шепот, и тайные, млеющие речи… Щедро, ничего
не жалея,
жизнью и счастьем льешь ты на землю, жизнью-любовью ты льешь… Праведное солнце!.. Ты корень, источник
жизни, взойди, взгляни, благослови!..
—
Не раздирай сердца моего!.. — молила Манефа. —
Пожалей меня, бедную, успокой, согласись… Я бы тотчас благословила тебя на игуменство… При
жизни бы своей, сейчас бы полной хозяйкой тебя поставила.
— И кому б такая блажь вспала в голову, чтоб меня взять за себя?..
Не бывать мне кроткой, послушной женой — была б я сварливая, злая, неугодливая!.. На малый час
не было б от меня мужу спокою!.. Служи мне, как извечный кабальный, ни шаг из воли моей выйти
не смей, все по-моему делай! А вздумал бы наперекор, на все бы пошла.
Жизни не пожалела б, а уж
не дала бы единого часа над собой верховодить!..
Неточные совпадения
«Видно,
не дано этого блага во всей его полноте, — думал он, — или те сердца, которые озарены светом такой любви, застенчивы: они робеют и прячутся,
не стараясь оспаривать умников; может быть,
жалеют их, прощают им во имя своего счастья, что те топчут в грязь цветок, за неимением почвы, где бы он мог глубоко пустить корни и вырасти в такое дерево, которое бы осенило всю
жизнь».
— Уж коли я ничего
не делаю… — заговорил Захар обиженным голосом, — стараюсь,
жизни не жалею! И пыль-то стираю, и мету-то почти каждый день…
Едва ли кто-нибудь, кроме матери, заметил появление его на свет, очень немногие замечают его в течение
жизни, но, верно, никто
не заметит, как он исчезнет со света; никто
не спросит,
не пожалеет о нем, никто и
не порадуется его смерти.
— Да, но без шуток, — продолжал Облонский. — Ты пойми, что женщина, милое, кроткое, любящее существо, бедная, одинокая и всем пожертвовала. Теперь, когда уже дело сделано, — ты пойми, — неужели бросить ее? Положим: расстаться, чтобы
не разрушить семейную
жизнь; но неужели
не пожалеть ее,
не устроить,
не смягчить?
— Ах, она гадкая женщина! Кучу неприятностей мне сделала. — Но он
не рассказал, какие были эти неприятности. Он
не мог сказать, что он прогнал Марью Николаевну за то, что чай был слаб, главное же, за то, что она ухаживала за ним, как за больным. ― Потом вообще теперь я хочу совсем переменить
жизнь. Я, разумеется, как и все, делал глупости, но состояние ― последнее дело, я его
не жалею. Было бы здоровье, а здоровье, слава Богу, поправилось.