Неточные совпадения
А живут те некрасовцы во ослабе: старую веру
соблюдают, ни от кого в том нет им запрету; делами своими
на «кругах» заправляют, турскому султану дани не платят, только
как война у турки зачнется, полки свои
на службу выставляют…
Отработал Патап Максимыч и ветлужскую уху и расстегайчики. Потрудились и сотрапезники, не успели оглянуться,
как блюдо расстегаев исчезло, а в миске
на донышке лежали одни стерляжьи головки.
Отыскал Евграф Макарыч знакомую купчиху, попросил ее за сваху быть. Без свахи нельзя — старозаветный обычай
соблюсти необходимо. Решили после ярмарки ехать в Москву и там свадьбу играть. По-настоящему жениху бы с родней надо было ехать к невесте, да
на это Макар Тихоныч не пошел бы… Гордыня!.. Поедет такой богатей к купцу третьей гильдии…
Как же!..
В часовне иконы и лампады
как жар горят, все выметено, прибрано, вычищено, скамьи коврами накрыты,
на длинном столе, крытом камчатною скатертью, стоят фарфоровые
блюда с красными яйцами, с белоснежною пасхой и пышными куличами; весь пол моленной густо усыпан можжевельником…
—
Как же так? Нельзя без того… Надо обряд
соблюсти. Спокон веку
на самокрутках так водится, — говорила Фленушка. — По-настоящему надо, чтоб он силой у тебя их отнял… Да куда ему, вахлаку? Пентюх,
как есть пентюх. Противно даже смотреть
на непутного.
Неточные совпадения
Они хранили в жизни мирной // Привычки милой старины; // У них
на масленице жирной // Водились русские блины; // Два раза в год они говели; // Любили круглые качели, // Подблюдны песни, хоровод; // В день Троицын, когда народ // Зевая слушает молебен, // Умильно
на пучок зари // Они роняли слезки три; // Им квас
как воздух был потребен, // И за столом у них гостям // Носили
блюда по чинам.
— Есть у меня, пожалуй, трехмиллионная тетушка, — сказал Хлобуев, — старушка богомольная:
на церкви и монастыри дает, но помогать ближнему тугенька. А старушка очень замечательная. Прежних времен тетушка,
на которую бы взглянуть стоило. У ней одних канареек сотни четыре. Моськи, и приживалки, и слуги,
каких уж теперь нет. Меньшому из слуг будет лет шестьдесят, хоть она и зовет его: «Эй, малый!» Если гость как-нибудь себя не так поведет, так она за обедом прикажет обнести его
блюдом. И обнесут, право.
Последние слова он уже сказал, обратившись к висевшим
на стене портретам Багратиона и Колокотрони, [Колокотрони — участник национально-освободительного движения в Греции в 20-х г. XIX в.]
как обыкновенно случается с разговаривающими, когда один из них вдруг, неизвестно почему, обратится не к тому лицу, к которому относятся слова, а к какому-нибудь нечаянно пришедшему третьему, даже вовсе незнакомому, от которого знает, что не услышит ни ответа, ни мнения, ни подтверждения, но
на которого, однако ж, так устремит взгляд,
как будто призывает его в посредники; и несколько смешавшийся в первую минуту незнакомец не знает, отвечать ли ему
на то дело, о котором ничего не слышал, или так постоять,
соблюдши надлежащее приличие, и потом уже уйти прочь.
Каких гонений,
каких преследований не испытал,
какого горя не вкусил, а за что? за то, что
соблюдал правду, что был чист
на своей совести, что подавал руку и вдовице беспомощной, и сироте-горемыке!..
И она опустила тут же свою руку, положила хлеб
на блюдо и,
как покорный ребенок, смотрела ему в очи. И пусть бы выразило чье-нибудь слово… но не властны выразить ни резец, ни кисть, ни высоко-могучее слово того, что видится иной раз во взорах девы, ниже́ того умиленного чувства, которым объемлется глядящий в такие взоры девы.