Неточные совпадения
Вареги зачал вязать, поярок валять, шляпы да сапоги
из него делать, шапки шить,
топоры да гвозди ковать, весовые коромысла чуть не на всю Россию делать.
«По нашим промыслам без уйму нельзя, — отвечал он, — также вот и продажной дури в лесу держать никак невозможно, потому, не ровен час,
топор из рук нашего брата не выходит…
— Скликнуть артель не мудреное дело, только не знаю, как это сделать, потому что такого дела у нас николи не бывало. Боле тридцати годов с
топором хожу, а никогда того не бывало, чтоб
из артели кого на сторону брали, — рассуждал дядя Онуфрий.
Тот, известно дело, зачнет ломаться, без этого уж нельзя: «И ума-то, говорит, у меня на такое дело не хватит, и стар-от я стал, и топор-то у меня
из рук валится», ну и все такое.
Тогда-то свершилось «падение Керженца». Семьдесят семь скитов было разорено рассыльщиками. Голова Александра дьякона скатилась под
топором палача в Нижнем Новгороде, несколько старцев сожжено на кострах возле села Пафнутова. И сорок тысяч старообрядцев, не считая женщин, бежало
из Керженских лесов за литовский рубеж в подданство короля польского.
Горбуша — малая коса, с коротким и кривым косьем.], и серпы немецкие, а захочешь, так найдутся и
топоры из самого Пучежа…
И тут уже солдат весь входит в любимую легенду, в трогательную сказку. Ни в одном другом царстве не окружают личность военного кавалера таким наивным и милым уважением, как в России. Солдат
из топора щи мясные варит, Петра Великого на чердаке от разбойников спасает, черта в карты обыгрывает, выгоняет привидения из домов, все улаживает, всех примиряет и везде является желанным и полезным гостем, кумом на родинах, сватом на свадьбах.
Неточные совпадения
Вдруг послышалось, что в комнате, где была старуха, ходят. Он остановился и притих, как мертвый. Но все было тихо, стало быть померещилось. Вдруг явственно послышался легкий крик или как будто кто-то тихо и отрывисто простонал и замолчал. Затем опять мертвая тишина, с минуту или с две. Он сидел на корточках у сундука и ждал, едва переводя дух, но вдруг вскочил, схватил
топор и выбежал
из спальни.
Он бросился стремглав на
топор (это был
топор) и вытащил его из-под лавки, где он лежал между двумя поленами; тут же, не выходя, прикрепил его к петле, обе руки засунул в карманы и вышел
из дворницкой; никто не заметил!
Бешенство одолело его: изо всей силы начал он бить старуху по голове, но с каждым ударом
топора смех и шепот
из спальни раздавались все сильнее и слышнее, а старушонка так вся и колыхалась от хохота.
Стараясь развязать снурок и оборотясь к окну, к свету (все окна у ней были заперты, несмотря на духоту), она на несколько секунд совсем его оставила и стала к нему задом. Он расстегнул пальто и высвободил
топор из петли, но еще не вынул совсем, а только придерживал правою рукой под одеждой. Руки его были ужасно слабы; самому ему слышалось, как они, с каждым мгновением, все более немели и деревенели. Он боялся, что выпустит и уронит
топор… вдруг голова его как бы закружилась.
Он постоял над ней: «боится!» — подумал он, тихонько высвободил
из петли
топор и ударил старуху по темени, раз и другой.