Поставила Никитишна домик о край деревни, обзавелась хозяйством, отыскала где-то троюродную племянницу, взяла ее вместо дочери, вспоила, вскормила, замуж выдала, зятя в дом приняла и живет теперь себе, не налюбуется на маленьких внучат, привязанных к бабушке больше, чем к родной матери.
Вспало на ум поромовским: рекрутов по теперешним временам требуют часто — вспоим, вскормим целым миром найденыша; как вырастет он, да загудит над землей царский колокол [То есть объявлен будет рекрутский набор.], тотчас сдадим его в рекруты.
— Головоньку с плеч снесли! Без ножа вы, злодеи… меня зарезали!.. Погубители вы мои!.. Срам такой на дом честной навели!.. На то ль я ростила тебя, паскудная, на то ль я кормила-поила тебя!.. Взростила я, бедная, змею подколодную, вспоила, вскормила свою погубительницу!
Колосилась рожь, догорал красный май; июнь жёг сочным пламенем, вспаивал луга поёмные, куда выезжали всей деревней повозками на несколько дней; там жили, как цыгане, косили и везли все сразу.
Колосилась рожь, догорал красный май; июнь жёг сочным пламенем, вспаивал луга поёмные, куда выезжали всей деревней повозками на несколько дней; там жили, как цыгане, косили и везли все сразу.
Жлезнокоготных коршунов мясом вскармливал, кровью вспаивал – и немало от них бед претерпели в земле грецкой, пока не прогнал птиц великий богатырь.