Познакомившись с ним ближе, я, во-первых, открыл существование в его инвентаре нескольких вещей, настолько ненужных, что их даже нельзя было заложить, и которые Пепко тщательно прятал: вышитая шелком закладка для книг, таковая же перотерка и т. д.; во-вторых, я сделался невольным свидетелем некоторых поступков, не соответствовавших общему характеру Пепки, и, наконец, в-третьих, время от времени на имя Пепки получались таинственные письма, которые не имели ничего общего с письмами «одной доброй матери» и которые Пепко, не
распечатывая, торопливо прятал в карман.
Он приходит в сильнейший гнев, выходит из себя, берет письма,
распечатывает их и читает те, которые адресованы другим…
Напротив, будь это похититель, как бы я, например, то он бы просто сунул этот пакет в карман, нисколько не
распечатывая, и с ним поскорее утек-с.
Каждое утро отправлялся он на почту, с волненьем
распечатывал письма, журналы — и нигде не находил ничего, что бы могло подтвердить или опровергнуть роковой слух.