— Большим кораблям большое плавание, а мы около бережку будем ползать… Перед отъездом мы с попом Макаром молебствие отслужили угодникам бессребренникам. Как же, все
по порядку. Тоже и мы понимаем, как и што следует: воздадите кесарево кесарю… да. Главная причина, Галактион Михеич, что жаль мелкие народы. Сейчас-то они вон сто процентов платят, а у меня будут платить всего тридцать шесть… Да там еще кланялись сколько, да еще отрабатывали благодарность, а тут на, получай, и только всего.
Неточные совпадения
Жених держал себя с большим достоинством и знал все
порядки по свадебному делу. Он приезжал каждый день и проводил с невестой как раз столько времени, сколько нужно — ни больше, ни меньше. И остальных девушек не забывал: для каждой у него было свое словечко. Все невестины подруги полюбили Галактиона Михеича, а старухи шептали
по углам...
Этот прилив новых людей закончился нотариусом Меридиановым, тоже своим человеком, — он был сын запольского соборного протопопа, — и двумя следователями. Говорили уже о земстве, которое не сегодня-завтра должно было открыться. Все эти новые люди устраивались по-своему и не хотели знать старых
порядков, когда всем заправлял один исправник Полуянов да два ветхозаветных заседателя.
Они вместе прошли
по всем отделениям. Везде все было в
порядке.
— Вот ты какой, а?.. А раньше что говорил? Теперь, видно, за ум хватился. У Малыгиных для всех зятьев один
порядок: после венца десять тысяч, а после смерти родителей
по разделу с другими.
— А вы не сердитесь на нашу деревенскую простоту, Харитина Харитоновна, потому как у нас все
по душам… А я-то так кругом обязан Ильей Фирсычем,
по гроб жизни. Да и так люди не чужие… Ежели, напримерно, вам насчет денежных средств, так с нашим удовольствием. Конешно, расписочку там на всякий случай выдадите, — это так, для
порядку, а только несумлевайтесь. Весь перед вами, в там роде, как свеча горю.
— Уж это известно, тятенька. А все-таки оно того… духовную-то надо
по закону представить… Закон требует
порядка.
— С одной стороны хозяйничает шайка купцов, наживших капиталы всякими неправдами, а с другой стороны будет зорить этих толстосумов шайка хищных дельцов. Все это в
порядке вещей и по-ученому называется борьбой за существование… Конечно, есть такие купцы, как молодой Колобов, — эти создадут свое благосостояние на развалинах чужого разорения. О, он далеко пойдет!
Естественным результатом такого обострившегося
порядка вещей было то, что
по Ключевой началось оплошное разорение средней величины мельников, как старик Колобов.
Все станицы походили одна на другую, и везде были одни и те же
порядки. Не хватало рук, чтобы управиться с землей, и некому ее было сдавать, — арендная плата была от двадцати до пятидесяти копеек за десятину. Прямо смешная цена… Далеко ли податься до башкир, и те вон сдают поблизости от заводов
по три рубля десятина. Казачки-то, пожалуй, похуже башкир оказали себя.
— Нет, я пойду, Долли, ты сиди, — сказал он. Мы всё сделаем
по порядку, по книжке. Только вот, как Стива приедет, мы на охоту уедем, тогда уж пропустим.
Неточные совпадения
Бьет себя
по лбу недогадливый проситель и бранит на чем свет стоит новый
порядок вещей, преследование взяток и вежливые, облагороженные обращения чиновников.
Я и в университете был, и слушал лекции
по всем частям, а искусству и
порядку жить не только не выучился, а еще как бы больше выучился искусству побольше издерживать деньги на всякие новые утонченности да комфорты, больше познакомился с такими предметами, на которые нужны деньги.
— Умерла; только долго мучилась, и мы уж с нею измучились
порядком. Около десяти часов вечера она пришла в себя; мы сидели у постели; только что она открыла глаза, начала звать Печорина. «Я здесь, подле тебя, моя джанечка (то есть, по-нашему, душенька)», — отвечал он, взяв ее за руку. «Я умру!» — сказала она. Мы начали ее утешать, говорили, что лекарь обещал ее вылечить непременно; она покачала головкой и отвернулась к стене: ей не хотелось умирать!..
Вот рыскают
по свету, бьют баклуши, // Воротятся, от них
порядка жди.
Они вели счет времени
по праздникам,
по временам года,
по разным семейным и домашним случаям, не ссылаясь никогда ни на месяцы, ни на числа. Может быть, это происходило частью и оттого, что, кроме самого Обломова, прочие всё путали и названия месяцев, и
порядок чисел.