Неточные совпадения
Великая и единственная минута во всей русской истории свершилась… Освобожденный народ стоял на коленях. Многие плакали навзрыд. По загорелым старым мужицким лицам катились крупные слезы, плакал батюшка о. Сергей, когда начали прикладываться ко кресту, а Мухин закрыл лицо платком и ничего больше не
видел и не слышал. Груздев старался спрятать свое покрасневшее от слез лицо, и только один
Палач сурово смотрел на взволнованную и подавленную величием совершившегося толпу своими красивыми темными глазами.
Прослезился и Петр Елисеич, когда с ним стали прощаться мужики и бабы. Никого он не обидел напрасно, — после старого
Палача при нем рабочие «свет
увидели». То, что Петр Елисеич не ставил себе в заслугу, выплыло теперь наружу в такой трогательной форме. Старый Тит Горбатый даже повалился приказчику в ноги.
Груздев скоро пришел, и сейчас же все сели обедать. Нюрочка была рада, что Васи не было и она могла делать все, как сама хотела. За обедом шел деловой разговор Петр Елисеич только поморщился, когда узнал, что вместе с ним вызван на совещание и
Палач. После обеда он отправился сейчас же в господский дом, до которого было рукой подать. Лука Назарыч обедал поздно, и теперь было удобнее всего его
видеть.
— Хорошо, хорошо… Мы это еще
увидим. А что за себя каждый — это ты верно сказал. Вот у Никона Авдеича (старик ткнул на
Палача) ни одной души не ушло, а ты ползавода распустил.
Странное дело, сколько мне ни случалось
видеть палачей, все они были люди развитые, с толком, с умом и с необыкновенным самолюбием, даже с гордостью.
Неточные совпадения
А вот тот, душечка, что, вы
видите, держит в руках секиру и другие инструменты, — то
палач, и он будет казнить.
Приближаясь к Оренбургу,
увидели мы толпу колодников [Колодник — арестант, узник в колодках.] с обритыми головами, с лицами, обезображенными щипцами
палача.
Нет, нет, я
видеть не хочу // Продажных и тупых, // Не покажусь я
палачу // Свободных и святых.
— Уйди! Уйди! Не могу вас всех
видеть! — кричала с бешенством Любка. —
Палачи! Свиньи!
Другой удовольствовался бы таким ответом и
увидел бы, что ему не о чем больше хлопотать. Он понял бы все из этой безмолвной, мучительной тоски, написанной и на лице ее, проглядывавшей и в движениях. Но Адуеву было не довольно. Он, как
палач, пытал свою жертву и сам был одушевлен каким-то диким, отчаянным желанием выпить чашу разом и до конца.