У всех в памяти
кремневые ружья с выкрашенными деревянными чурками вместо кремней, картонные подошвы в ратнических сапогах, гнилое сукно, из которого строилась ратническая одежда, гнилые ратнические полушубки и проч.
Когда я объявляю войну, то каким-то образом всегда так устроивается, что я нахожу своего противника вооруженным прекраснейшим шасспо, а сам нападаю на него с
кремневым ружьем, у которого, вдобавок, вместо кремня вставлена крашенная под кремень чурочка.
Это старинная черкесская мода: у
кремневых ружей были такие маленькие и тугие курки, что их без кольца трудно было взвести. Ружья стали другие, но мода перешла к детям. Потом я сам некоторое время щеголял старинным бронзовым кольцом на большом пальце, которое и подарил В. Е. Шмаровину, московскому собирателю редкостей.
Вот Андрон с
кремневым ружьем на плече несет убитого зайца, а за ним идет дряхлый жид Исайчик и предлагает ему променять зайца на кусок мыла; вот черная телочка в сенях, вот Домна рубаху шьет и о чем-то плачет, а вот опять бычья голова без глаз, черный дым…
Неточные совпадения
И грустно и смешно было смотреть на эти упражнения мужиков в лаптях с палками вместо
ружей.
Ружья им выдали уже на походе, да и то чуть не суворовские,
кремневые.
— Представьте себе, вывели на смотр войско, а оно три дня не евши; мундирчики — в лохмотьях, подметки — из картонной бумаги,
ружья —
кремневые, да и кремней-то нет, а вместо них чурки, выкрашенные под кремень.
Однажды, когда, играя с дядею у него на Ядрине на биллиарде, я проболтался, что, раздобывшись небольшим количеством пороху, я из разысканного в гардеробном чулане пистолета пробовал стрелять воробьев, дядя приказал принести маленькое двуствольное
ружье и подарил мне его, к величайшему моему восторгу; но так как
ружье было
кремневое, то я помню, как несколько дней спустя, я целый вечер до совершенной темноты стрелял на реке в нырка, который при первом щелканьи замка был уже под водою, тщетно осыпаемый запоздалою дробью.
На следующий раз, когда, уставши равняться со старыми охотниками, я поставил
кремневую двустволку со взведенными курками прикладом на ягдташ, приклад, неожиданно соскочив, заставил меня внезапно сжать шейку
ружья; палец мой попал на левую собачку, и раздался никем не ожидаемый выстрел.
Так, напоив попа, Петр Яковлевич приказывал украсть вороную кобылу, а сам между тем одобрениями и насмешками доводил его до решимости стрелять в цель из двуствольного
ружья, устраивая так, что пьяному приходилось стрелять из левого ствола, обращенного
кремневого полкою к стрелявшему.