Неточные совпадения
Молота стучали, рабочие двигались, как
тени, не
смея дохнуть, а Лука Назарыч все стоял и смотрел, не имея сил оторваться.
Заметив остававшихся без шапок дозорного и плотинного, он махнул им рукой и тихо проговорил...
Рабочие так привыкли к безмолвному присутствию «немого», как называли его, что не
замечали даже, когда он приходил и когда уходил: явится, как
тень, и, как
тень, скроется.
Большая часть между ними были довольно добрые люди, вовсе не шпионы, а люди, случайно занесенные в жандармский дивизион. Молодые дворяне, мало или ничему не учившиеся, без состояния, не зная, куда приклонить главы, они были жандармами потому, что не нашли другого дела. Должность свою они исполняли со всею военной точностью, но я не
замечал тени усердия — исключая, впрочем, адъютанта, — но зато он и был адъютантом.
Да, я помолодел, глаза мои лгут светло и ясно, и весь я, как цыганская лошадь на ярмарке, восторгающая покупателей своим бравым видом; и нужен очень злой и очень внимательный взгляд, чтобы
заметить тень смертельной усталости на этом мирно сияющем лице.
Неточные совпадения
И между тем душа в ней ныла, // И слез был полон томный взор. // Вдруг топот!.. кровь ее застыла. // Вот ближе! скачут… и на двор // Евгений! «Ах!» — и легче
тени // Татьяна прыг в другие сени, // С крыльца на двор, и прямо в сад, // Летит, летит; взглянуть назад // Не
смеет; мигом обежала // Куртины, мостики, лужок, // Аллею к озеру, лесок, // Кусты сирен переломала, // По цветникам летя к ручью, // И, задыхаясь, на скамью
Вера все это
заметила: на ее болезненном лице изображалась глубокая грусть; она сидела в
тени у окна, погружаясь в широкие кресла… Мне стало жаль ее…
До сих пор он не
замечал ее: она стояла в углу и в
тени.
Еще сильнее, нежели от упреков, просыпалась в нем бодрость, когда он
замечал, что от его усталости уставала и она, делалась небрежною, холодною. Тогда в нем появлялась лихорадка жизни, сил, деятельности, и
тень исчезала опять, и симпатия била опять сильным и ясным ключом.
«Неужели я нашел разрешение всего, неужели кончены теперь мои страдания?» думал Левин, шагая по пыльной дороге, не
замечая ни жару, ни усталости и испытывая чувство утоления долгого страдания. Чувство это было так радостно, что оно казалось ему невероятным. Он задыхался от волнення и, не в силах итти дальше, сошел с дороги в лес и сел в
тени осин на нескошенную траву. Он снял с потной головы шляпу и лег, облокотившись на руку, на сочную, лопушистую лесную траву.