Неточные совпадения
Это было привычное чувство, выросшее
вместе со
всею этою «огненною работой».
Челыш и Беспалый в это время шептались относительно Груздева. Его теперь можно будет взять, потому как и остановился он не у Основы, а в господском доме. Антип обещал подать весточку, по какой дороге Груздев поедет, а он большие тысячи везет с собой. Антип-то ловко
все разведал у кучера: водку даве
вместе пили, — ну, кучер и разболтался, а обережного обещался напоить. Проворный черт, этот Матюшка Гущин, дай бог троим с ним одним управиться.
Набат поднял
весь завод на ноги, и всякий, кто мог бежать, летел к кабаку. В общем движении и сумятице не мог принять участия только один доменный мастер Никитич, дожидавшийся под домной выпуска. Его так и подмывало бросить
все и побежать к кабаку
вместе с народом, который из Кержацкого конца и Пеньковки бросился по плотине толпами.
— Матушка… родимая… Не помню я, как и головушка моя пропала!.. Так, отемнела
вся… в страду он
все ездил на покос к братанам… пировали
вместе…
Она плохо сознавала, что делает и что должна сделать, но
вместе с тем отлично знала, что должна
все устроить, и устроить сейчас же.
Всего с собой не увезешь, а когда Артем выйдет из службы,
вместе и будут жить в отцовском дворе.
Галдевшая у печей толпа поденщиц была занята своим делом. Одни носили сырые дрова в печь и складывали их там, другие разгружали из печей уже высохшие дрова. Работа кипела, и слышался только треск летевших дождем поленьев. Солдатка Аннушка работала
вместе с сестрой Феклистой и Наташкой. Эта Феклиста была еще худенькая, несложившаяся девушка с бойкими глазами. Она за несколько дней работы исцарапала себе
все руки и едва двигалась: ломило спину и тело. Сырые дрова были такие тяжелые, точно камни.
Груздев скоро пришел, и сейчас же
все сели обедать. Нюрочка была рада, что Васи не было и она могла делать
все, как сама хотела. За обедом шел деловой разговор Петр Елисеич только поморщился, когда узнал, что
вместе с ним вызван на совещание и Палач. После обеда он отправился сейчас же в господский дом, до которого было рукой подать. Лука Назарыч обедал поздно, и теперь было удобнее
всего его видеть.
За ужином,
вместе с Илюшкой, прислуживал и Тараско, брат Окулка. Мальчик сильно похудел, а на лице у него остались белые пятна от залеченных пузырей. Он держался очень робко и, видимо, стеснялся больше
всего своими новыми сапогами.
— А как старушка-то Василиса Корниловна будет рада! — продолжала свою мысль Анфиса Егоровна. — На старости лет
вместе бы со
всеми детьми пожила. Тоже черпнула она горя в свою долю, а теперь порадуется.
Вместе с Самоварником солдат пробрался на фабрику и осмотрел
все с таким вниманием, точно собирался ее по меньшей мере купить. С фабрики он отправился на Крутяш.
Предварительно Петр Елисеич съездил на Самосадку, чтобы там приготовить
все, а потом уже начались серьезные сборы. Домнушка как-то выпросилась у своего солдата и прибежала в господский дом помогать «собираться». Она горько оплакивала уезжавших на Самосадку, точно провожала их на смерть. Из прежней прислуги у Мухина оставалась одна Катря, попрежнему «на горничном положении». Тишка поступал «в молодцы» к Груздеву. Таисья, конечно, была тоже на месте действия и управлялась
вместе с Домнушкой.
Первое, что поразило Нюрочку, это удивительно приятный женский голос, который, казалось, наполнял
всю избу
вместе с ладаном.
— Я буду
вместе с тобой молиться, — отвечала Нюрочка, стараясь прижаться
всем телом к ласковой послушнице.
Так караван и отвалил без хозяина, а Груздев полетел в Мурмос. Сидя в экипаже, он рыдал, как ребенок… Черт с ним и с караваном!.. Целую жизнь прожили
вместе душа в душу, а тут не привел бог и глаза закрыть. И как
все это вдруг… Где у него ум-то был?
По дороге Груздев завернул в Крутяш, чтобы поделиться своим горем с Петром Елисеичем. Мухин уже знал
все и только что собрался ехать в Мурмос
вместе с Нюрочкой.
— Как несправедливо устроена
вся наша жизнь, Петр Елисеич! — сетовал Груздев, несколько успокоившись. — Живешь-живешь, хлопочешь,
все чего-то ждешь, а тут трах — и нет ничего… Который-нибудь должен раньше умереть: или муж, или жена, а для чего, спрашивается, столько лет прожили
вместе?
— Деньги — дело наживное, — с грустью ответил он на немой вопрос Петра Елисеича. — На наш век хватит… Для кого мне копить-то их теперь?
Вместе с Анфисой Егоровной наживали, а теперь мне
все равно…
Никаких разговоров по первоначалу не было, как не было их потом, когда на другой день приехал с пожара Макар. Старик отмалчивался, а сыновья не спрашивали. Зато Домнушка в первую же ночь через Агафью вызнала
всю подноготную: совсем «выворотились» из орды, а по осени выедет и большак Федор с женой. Неловко было выезжать
всем зараз, тоже совестно супротив других, которым не на что было пошевельнуться: уехали
вместе, а назад повернули первыми Горбатые.
Еще в страду девки за людей шли,
все же подмога, а в остальное время все-то они
вместе расколотого гроша не стоили и едва себе на одежду заробливали.
Мысль о смерти покрывала траурным флером
все миросозерцание Таисьи и
вместе служила исходною точкой
всех ее рассуждений.
—
Вместе под Горюном робили, — говорил Артем. — Нашего хлеба-соли отведай, Мосей. Что мочегане, что кержаки —
всё одно… Нечего нам друг с дружкой делить.
Эта жадность возмутила Мосея до глубины души, и он с удовольствием порешил бы и солдата
вместе с вероотступником Кириллом. Два сапога — пара… И Макар тоже хорош: этакое дело сделали, а он за бабенкой увязался! Непременно и ее убить надо, а то еще объявит после.
Все эти мысли пронеслись в голове Мосея с быстротой молнии, точно там бушевала такая же метель, как и на Чистом болоте.
— А такой… Не нами это заведено, не нами и кончится.
Все живет девушка, ничего не знает, а тут и свои крылышки отрастут. Не век вековать с отцом-то… Был у меня и женишок для вас на примете, да только не стоит он красоты вашей. Балуется очень… По крышам
вместе, бывало, лазили ребячьим делом.
Наступила страда, но и она не принесла старикам обычного рабочего счастья. Виной
всему был покос Никитича, на котором доменный мастер страдовал
вместе с племянником Тишкой и дочерью Оленкой. Недавние ребята успели сделаться большими и помогали Никитичу в настоящую силу. Оленка щеголяла в кумачном сарафане, и ее голос не умолкал с утра до ночи, — такая уж голосистая девка издалась. Пашка Горбатый, страдовавший с отцом, потихоньку каждый вечер удирал к Тишке и
вместе с ним веселился на кержацкую руку.
Раньше на время делалась мертвой только одна фабрика, а теперь замерло
вместе с фабриками и
все жилое.
Он рассказал то же, что говорил перед этим Таисье, и
все смотрел на Нюрочку любящими, кроткими, просветленными глазами. Какая она славная, эта Нюрочка, — еще лучше стала, чем была в девушках. И глаза смотрят так строго-строго — строго и,
вместе, любовно, как у мастерицы Таисьи.
Неточные совпадения
А тот… но после
всё расскажем, // Не правда ль?
Всей ее родне // Мы Таню завтра же покажем. // Жаль, разъезжать нет мочи мне: // Едва, едва таскаю ноги. // Но вы замучены с дороги; // Пойдемте
вместе отдохнуть… // Ох, силы нет… устала грудь… // Мне тяжела теперь и радость, // Не только грусть… душа моя, // Уж никуда не годна я… // Под старость жизнь такая гадость…» // И тут, совсем утомлена, // В слезах раскашлялась она.
Потом, что они
вместе с Чичиковым приехали в какое-то общество в хороших каретах, где обворожают
всех приятностию обращения, и что будто бы государь, узнавши о такой их дружбе, пожаловал их генералами, и далее, наконец, бог знает что такое, чего уже он и сам никак не мог разобрать.
— Слышишь, Фетинья! — сказала хозяйка, обратясь к женщине, выходившей на крыльцо со свечою, которая успела уже притащить перину и, взбивши ее с обоих боков руками, напустила целый потоп перьев по
всей комнате. — Ты возьми ихний-то кафтан
вместе с исподним и прежде просуши их перед огнем, как делывали покойнику барину, а после перетри и выколоти хорошенько.
Несмотря, однако ж, на такую размолвку, гость и хозяин поужинали
вместе, хотя на этот раз не стояло на столе никаких вин с затейливыми именами. Торчала одна только бутылка с каким-то кипрским, которое было то, что называют кислятина во
всех отношениях. После ужина Ноздрев сказал Чичикову, отведя его в боковую комнату, где была приготовлена для него постель:
Самосвистов явился в качестве распорядителя: выбранил поставленных часовых за то, что небдительно смотрели, приказал приставить еще лишних солдат для усиленья присмотра, взял не только шкатулку, но отобрал даже
все такие бумаги, которые могли бы чем-нибудь компрометировать Чичикова; связал
все это
вместе, запечатал и повелел самому солдату отнести немедленно к самому Чичикову, в виде необходимых ночных и спальных вещей, так что Чичиков,
вместе с бумагами, получил даже и
все теплое, что нужно было для покрытия бренного его тела.