Неточные совпадения
— Василий Назарыч, ведь со времени казенной опеки над
заводами прошло почти десять лет… Несмотря ни
на какие хлопоты, я не мог даже узнать, существует ли такой отчет где-нибудь. Обращался в контроль, в горный департамент, в дворянскую опеку, везде один ответ: «Ничего не знаем… Справьтесь где-нибудь в другом месте».
От господского дома до
завода было рукой подать, — стоило только
пройти небольшую площадь,
на которой ютилось до десятка деревянных лавок.
Свадьба Веревкина состоялась в январе, а весной он уехал с Василием Назарычем
на прииски. Привалов с братом Титом жил в Петербурге, где продолжал хлопоты по делу о
заводах.
Прошло лето, наступила опять зима, и все кругом потонуло в глубоком снегу.
Злые языки начали звонить. Про Квашнина еще до его приезда
ходило на заводе так много пикантных анекдотов, что теперь никто не сомневался в настоящей причине его внезапного сближения с семейством Зиненок. Дамы говорили об этом с двусмысленными улыбками, мужчины в своем кругу называли вещи с циничной откровенностью их именами. Однако наверняка никто ничего не знал. Все с удовольствием ждали соблазнительного скандала.
Неточные совпадения
Потом… поселиться в Обломовке, знать, что такое посев и умолот, отчего бывает мужик беден и богат;
ходить в поле, ездить
на выборы,
на завод,
на мельницы,
на пристань.
— Летом случается. Вот намедни, в Ильинскую пятницу,
на Пороховые
Заводы ходили.
— Да ничего, помаленьку… Очень уж много здесь народу набилось, друг друга начинаем давить.
Ходят слухи, что Прохоров тоже хочет строить винокуренный
завод на Ключевой. И место выбрал у Бакланихи.
— Так уж завтра, пожалуйста, порешим с тюленем-то. Я
на тебя в полной надежде. Встанем пораньше, я
схожу на Гребновскую, поразузнаю там про последние цены, и ты узнай, а там, Бог даст, и покончим… Пожалуйста, не задержи. Мне бы ко дворам поскорей —
завод пора в ход пускать. Если бы завтра с тобой мы покончили, послезавтра бы отправился, а товар принять приказчика оставил бы. Завтрашнего числа он должен беспременно сюда приехать.
Кто-то привел ко мне в отель"Victoria"русского эмигранта, но не политического, а покинувшего родину от расстроенных дел, некоего Г. Он
прошел через большую нужду, работал сначала
на заводе под Парижем, а в России,
на юге, был сын богатого еврея-подрядчика и запутался
на казенных поставках. Он позднее не скрывал того, что он еврей, но совсем не смотрел типичным евреем ни в наружности, ни в говоре, а скорее малороссом.