Неточные совпадения
— Вот,
Лука, и мы с тобой дожили до радости, — говорил Бахарев, крепко опираясь на
плечо верного старого слуги. — Видел, какой молодец?..
Когда Надежда Васильевна улыбалась, у нее на широком белом лбу всплывала над левой бровью такая же морщинка, как у Василья Назарыча. Привалов заметил эту улыбку, а также едва заметный жест левым
плечом, — тоже отцовская привычка. Вообще было заметно сразу, что Надежда Васильевна ближе стояла к отцу, чем к матери. В ней до мельчайших подробностей отпечатлелись все те характерные особенности бахаревского типа, который старый
Лука подводил под одно слово: «прерода».
— Вот это и прекрасно! — радостно вскричал барин в бекеше, обхватив опять левое
плечо Луки Ивановича, а правой рукой силился дать ему рукопожатие. — Я всегда вас считал одним из редких по порядочности!..
Неточные совпадения
Охотник с
луком и стрелами пошел на охоту, убил козу, взвалил на
плечи и понес ее.
Он обнял меня за шею горячей, влажной рукою и через
плечо мое тыкал пальцем в буквы, держа книжку под носом моим. От него жарко пахло уксусом, потом и печеным
луком, я почти задыхался, а он, приходя в ярость, хрипел и кричал в ухо мне:
Теперь мне следовало бы перейти к прививкам мягкой язвы, но на них я останавливаться не буду; во-первых, прививки эти по своим последствиям сравнительно невинны; исследователь привьет больному язву на
плечо, бедро или живот и через неделю залечит; во-вторых, прививки мягкой язвы так многочисленны, что описанию их пришлось бы посвятить несколько печатных листов; такие прививки делали Гунтер, Рикор, Ролле, Бюзене, Надо, Кюллерье, Линдвурм, де-Лука, Маннино, В. Бек, Штраус, Гюббенет, Бэреншпрунг, Дюкре, Крефтинг, Спичка и многие, многие другие.
После обеда
Лука Назарыч, против обыкновения, не лег спать, а отправился прямо на фабрику. Петр Елисеич торопливо накинул на худые
плечи свою суконную шинель серостального цвета с широким краганом [Краган — накидной меховой воротник.] и по обычаю готов был сопутствовать владыке.
В этот момент чья-то рука ударила старика по
плечу, и над его ухом раздался сумасшедший хохот: это был дурачок Терешка, подкравшийся к
Луке Назарычу босыми ногами совершенно незаметно.