— А сознание-то своей негодности, которое тянет, точно привязанная
к ноге гиря?.. Нет, я сегодня положительно хандрю и, вероятно, успела вам надоесть с своим я.
Неточные совпадения
И, задирая левой
ногой, Лука направился
к дубовой запертой двери.
— Какой там Привалов… Не хочу знать никакого Привалова! Я сам Привалов…
к черту!.. — кричал Бахарев, стараясь попасть снятым сапогом в Игоря. — Ты, видно, вчера пьян был… без задних
ног, раккалия!.. Привалова жена в окно выбросила… Привалов давно умер, а он: «Привалов приехал…» Болван!
При помощи Луки Бахарев поднялся с кресла и, шаркая одной
ногой, пошел
к дверям.
Половодов скрепя сердце тоже присел
к столу и далеко вытянул свои поджарые
ноги; он смотрел на Ляховского и Привалова таким взглядом, как будто хотел сказать: «Ну, друзья, что-то вы теперь будете делать… Посмотрим!» Ляховский в это время успел вытащить целую кипу бумаг и бухгалтерских книг, сдвинул свои очки совсем на лоб и проговорил деловым тоном...
Тэке, мотнув несколько раз головой и звонко ударив передними
ногами в землю, кокетливо подошел
к девушке, вытянув свою атласную шею, и доверчиво положил небольшую умную голову прямо на плечо хозяйки.
Тятенька, обнаковенно, прибежал с ливольвером и сейчас Виктора Васильича за
ногу и, с позволения сказать, как кошку, в номер
к себе утащил: «Кто таков человек есть?» А Виктор Васильич, не будь плох, отвечает: «Моисей».
Узкие глаза смотрят в угол,
ноги делают беспокойные движения, как у слона, прикованного
к полу железной цепью.
— Ежели вы, Игнатий Львович, очень сумлеваетесь насчет жалованья, — начинает Илья, переминаясь с
ноги на
ногу, — так уж лучше совсем рассчитайте меня… Меня давно Панафидины сманивают
к себе… и пять рублей прибавки.
Половодов только засвистал, а Ляховский бросился в кресло и враждебным взглядом смерил дядюшку с
ног до головы. Беззвучно пожевав губами и поправив кок на голове, Ляховский быстро обратился
к дядюшке...
— И я тоже немного понимаю, но знаете, у нашего брата образуется этакий особенный нюх по части этих нитей… В самом деле, за каким чертом приезжал сюда этот дядюшка? Потом, каким ветром занесло его
к Ляховскому, да еще вместе с Половодовым?.. Это, батенька, такая троица получается, что сам черт
ногу переломит.
Хиония Алексеевна пыталась было принять участие в этих прогулках: однажды она совсем решилась было преодолеть свой институтский страх
к оседланной лошади и даже, при помощи Ильи, взобралась на Батыря, но при первой легкой рыси комом, как застреленная птица, свалилась с седла и даже слегка повихнула
ногу.
Это был человек дела с
ног до головы, и Привалов нисколько не обижался его невниманием
к собственной особе.
«Нет, надо опомниться!» сказал он себе. Он поднял ружье и шляпу, подозвал
к ногам Ласку и вышел из болота. Выйдя на сухое, он сел на кочку, разулся, вылил воду из сапога, потом подошел к болоту, напился со ржавым вкусом воды, намочил разгоревшиеся стволы и обмыл себе лицо и руки. Освежившись, он двинулся опять к тому месту, куда пересел бекас, с твердым намерением не горячиться.
Он покраснел; ему было стыдно убить человека безоружного; я глядел на него пристально; с минуту мне казалось, что он бросится
к ногам моим, умоляя о прощении; но как признаться в таком подлом умысле?.. Ему оставалось одно средство — выстрелить на воздух; я был уверен, что он выстрелит на воздух! Одно могло этому помешать: мысль, что я потребую вторичного поединка.
Неточные совпадения
Городничий. Я здесь напишу. (Пишет и в то же время говорит про себя.)А вот посмотрим, как пойдет дело после фриштика да бутылки толстобрюшки! Да есть у нас губернская мадера: неказиста на вид, а слона повалит с
ног. Только бы мне узнать, что он такое и в какой мере нужно его опасаться. (Написавши, отдает Добчинскому, который подходит
к двери, но в это время дверь обрывается и подслушивавший с другой стороны Бобчинский летит вместе с нею на сцену. Все издают восклицания. Бобчинский подымается.)
— // Ушел, с телегой возится, // Корова
к ней привязана — // Он пнул ее
ногой;
Гремит на Волге музыка. // Поют и пляшут девицы — // Ну, словом, пир горой! //
К девицам присоседиться // Хотел старик, встал на
ноги // И чуть не полетел! // Сын поддержал родителя. // Старик стоял: притопывал, // Присвистывал, прищелкивал, // А глаз свое выделывал — // Вертелся колесом!
Удары градом сыпались: // — Убью! пиши
к родителям! — // «Убью! зови попа!» // Тем кончилось, что прасола // Клим сжал рукой, как обручем, // Другой вцепился в волосы // И гнул со словом «кланяйся» // Купца
к своим
ногам.
Вдруг объявила бойкая // Бурмистрова кума // И побежала
к барину, // Бух в
ноги: — Красно солнышко!