Луша молчала; ей тоже хотелось протянуть руку Раисе Павловне, но от этого движения ее удерживала какая-то непреодолимая сила, точно ей приходилось коснуться холодной гадины. А Раиса Павловна все стояла посредине комнаты и ждала ответа. Потом вдруг, точно ужаленная, выбежала в переднюю, чтобы скрыть хлынувшие из
глаз слезы. Луша быстро поднялась с дивана и сделала несколько шагов, чтобы вернуть Раису Павловну и хоть пожать ей руку на прощанье, но ее опять удержала прежняя сила.
Неточные совпадения
Девочка отмалчивалась в счастливом случае или убегала от своей мучительницы со
слезами на
глазах. Именно эти
слезы и нужны были Раисе Павловне: они точно успокаивали в ней того беса, который мучил ее. Каждая ленточка, каждый бантик, каждое грязное пятно, не говоря уже о мужском костюме Луши, — все это доставляло Раисе Павловне обильный материал для самых тонких насмешек и сарказмов. Прозоров часто бывал свидетелем этой травли и относился к ней с своей обычной пассивностью.
Целую ночь затем ей снился тот зеленый уголок, в котором притаился целый детский мир с своей великой любовью, «Злая… ведьма…» — стояли у ней в ушах роковые слова, и во сне она чувствовала, как все лицо у ней горело огнем и в
глазах накипали
слезы.
M-r Половинкин совсем потерялся в обществе блестящего молодого человека и только жалко хлопал
глазами, когда тот заставлял Анниньку хохотать до
слез.
— Ах, не то, не то совсем, Эммочка… милая!.. — вскрикнула Аннинька, начиная целовать подругу самыми отчаянными поцелуями: на
глазах у ней были
слезы. — Я так… мне хорошо.
Прасковья Семеновна смотрела вдоль Студеной улицы со
слезами на
глазах, точно сегодняшний день должен был окончательно разрешить ее долголетние ожидания.
Глаза у ней горели, грудь тяжело поднималась, в горле стояли
слезы.
Этот ответ исказил добродушно-сосредоточенное лицо Прасковьи Семеновны;
глаза у ней сверкнули чисто сумасшедшим гневом, и она обрушилась на директора театра целым градом упреков и ругательств, а потом бросилась на него прямо с кулаками. Ее схватили и пытались успокоить, но все было напрасно: Прасковья Семеновна отбивалась и долго оглашала театр своим криком, пока пароксизм бешенства не разрешился
слезами.
Раиса Павловна нервно улыбнулась и опустила
глаза; ее душило, и
слезы стояли в горле.
При этом испуг в открытых, остановившихся устах, на
глазах слезы — все это в ней было так мило, что герой наш глядел на нее несколько минут, не обращая никакого внимания на происшедшую кутерьму между лошадьми и кучерами.
У меня, я чувствовал, закипали на сердце и поднимались к
глазам слезы; глухие, сдержанные рыданья внезапно поразили меня… я оглянулся — жена целовальника плакала, припав грудью к окну.
Потом, потом — она не знала, что будет, не хотела глядеть дальше в страшный сон, и только глубже погрузила лицо в подушку. У ней подошли было к
глазам слезы и отхлынули назад, к сердцу.
Глаза наши встречаются, и мы заливаемся таким гомерическим хохотом, что у нас на
глазах слезы, и мы не в состоянии удержать порывов смеха, который душит нас.
Неточные совпадения
Под ним (как начинает капать // Весенний дождь на злак полей) // Пастух, плетя свой пестрый лапоть, // Поет про волжских рыбарей; // И горожанка молодая, // В деревне лето провождая, // Когда стремглав верхом она // Несется по полям одна, // Коня пред ним остановляет, // Ремянный повод натянув, // И, флер от шляпы отвернув, //
Глазами беглыми читает // Простую надпись — и
слеза // Туманит нежные
глаза.
Манилов был совершенно растроган. Оба приятеля долго жали друг другу руку и долго смотрели молча один другому в
глаза, в которых видны были навернувшиеся
слезы. Манилов никак не хотел выпустить руки нашего героя и продолжал жать ее так горячо, что тот уже не знал, как ее выручить. Наконец, выдернувши ее потихоньку, он сказал, что не худо бы купчую совершить поскорее и хорошо бы, если бы он сам понаведался в город. Потом взял шляпу и стал откланиваться.
Градом лились из
глаз его
слезы, и рыданья продолжались почти весь день.
Слезы вдруг хлынули ручьями из
глаз его. Он повалился в ноги князю, так, как был, во фраке наваринского пламени с дымом, в бархатном жилете с атласным галстуком, новых штанах и причесанных волосах, изливавших чистый запах одеколона.
При расставании
слез не было пролито из родительских
глаз; дана была полтина меди на расход и лакомства и, что гораздо важнее, умное наставление: «Смотри же, Павлуша, учись, не дури и не повесничай, а больше всего угождай учителям и начальникам.