Отец на это согласился, и все предположенное к исполнению «для освежения чувств в народе» должно было происходить «на общих межах», по-соседски, но «выход» должен был быть от нас и у нас же быть «консилиуму» и угощению.
— О нет, нет, нисколько. Сделайте милость, играйте! Я сам играю и прошу вас покорно — познакомимтесь. И у жены моей тоже собираются Klimperei [Здесь: побренчать (нем.).]. Приходите ко мне запросто, по-соседски, и мы с вами вместе поиграем.