Неточные совпадения
«Господу, — говорю, — было угодно меня таким создать», — да с сими словами и опять заплакал; опять сердце, знаете, сжалось: и сержусь
на свои слезы и плачу. Они же, покойница, глядели, глядели
на меня и этак молчком меня к себе одним пальчиком и поманули: я упал им в ноги, а они
положили мою голову в
колени, да и я плачу, и они изволят плакать. Потом встали, да и говорят...
Была их гувернантка, m-lle Ernestine, которая ходила пить кофе к матери Андрюши и научила делать ему кудри. Она иногда брала его голову,
клала на колени и завивала в бумажки до сильной боли, потом брала белыми руками за обе щеки и целовала так ласково!
Последний раз я видел Мишу Хлудова в 1885 году на собачьей выставке в Манеже. Огромная толпа окружила большую железную клетку. В клетке на табурете в поддевке и цилиндре сидел Миша Хлудов и пил из серебряного стакана коньяк. У ног его сидела тигрица, била хвостом по железным прутьям, а голову
положила на колени Хлудову. Это была его последняя тигрица, недавно привезенная из Средней Азии, но уже прирученная им, как собачонка.
Девушка постояла, посмотрела ему в спину, повернулась и ушла. С больным чувством обиды возвратилась она домой, уселась на полу, на маленькую скамеечку, за каким-то коленкором, который в тот день кроила, и,
положив на колени подпертую ладонями голову, заплакала тихо, беззвучно, но горько.
Неточные совпадения
Тихим, ослабевшим шагом, с дрожащими
коленами и как бы ужасно озябший, воротился Раскольников назад и поднялся в свою каморку. Он снял и
положил фуражку
на стол и минут десять стоял подле, неподвижно. Затем в бессилии лег
на диван и болезненно, с слабым стоном, протянулся
на нем; глаза его были закрыты. Так пролежал он с полчаса.
Все тело его было как бы разбито; смутно и темно
на душе. Он
положил локти
на колена и подпер обеими руками голову.
Несколько женщин, похожих
на привидения, стояли
на коленях, опершись и совершенно
положив изнеможенные головы
на спинки стоявших перед ними стульев и темных деревянных лавок; несколько мужчин, прислонясь у колонн и пилястр,
на которых возлегали боковые своды, печально стояли тоже
на коленях.
Она кончила долгим певучим аккордом, и голос ее пропал в нем. Она вдруг остановилась,
положила руки
на колени и, сама растроганная, взволнованная, поглядела
на Обломова: что он?
Мать возьмет голову Илюши,
положит к себе
на колени и медленно расчесывает ему волосы, любуясь мягкостью их и заставляя любоваться и Настасью Ивановну, и Степаниду Тихоновну, и разговаривает с ними о будущности Илюши, ставит его героем какой-нибудь созданной ею блистательной эпопеи. Те сулят ему золотые горы.