— Прошедшему нет ни суда, ни порицания. Если это была любовь — она не нуждается в прощении; если это
было увлечение — то… пусть и этому простит бог, давший вам такую натуру. Вот вам моя рука, Истомин, в знак полного прощения вам всего от всей нашей семьи и… от ней самой.
Неточные совпадения
— Мой идол… идол… и-д-о-л! — с страстным
увлечением говорил маленький голос в минуту моего пробуждения. — Какой ты приятный, когда ты стоишь на коленях!.. Как я люблю тебя, как много я тебе желаю счастья! Я верю, я просто чувствую, я знаю, что тебя ждет слава; я знаю, что вся эта мелкая зависть перед тобою преклонится, и женщины толпами целыми
будут любить тебя, боготворить, с ума сходить. Моя любовь читает все вперед, что
будет; она чутка, мой друг! мой превосходный, мой божественный художник!
Вы должны
были сберечь мою сестру от
увлечений; да, сберечь, сестра любила вас; она за вас не собиралась замуж, а так любила, сама не зная почему; вы увлекли ее…
— Не соглашусь с вами, — с видимым наслаждением возразил Петр Петрович, — конечно,
есть увлечения, неправильности, но надо быть и снисходительным, увлечения свидетельствуют о горячности к делу и о той неправильной внешней обстановке, в которой находится дело.
— Нет, вы сердитесь! — сказал он со вздохом. — Как уверить мне вас, что это
было увлечение, что я не позволил бы себе забыться?.. Нет, кончено, не стану больше слушать вашего пения…
— Ты прав, мы приелись друг другу, чувства нельзя разогревать, как вчерашний суп, да и он обыкновенно бывает кислым… Я мечтала воскресить наше
былое увлечение, но мы оба бессильны пробудить прошлое… Лучше расстанемся навеки и не будем встречаться… Я ухожу, и на этот раз прощай навсегда.
Неточные совпадения
— Ба! да и ты… с намерениями! — пробормотал он, посмотрев на нее чуть не с ненавистью и насмешливо улыбнувшись. — Я бы должен
был это сообразить… Что ж, и похвально; тебе же лучше… и дойдешь до такой черты, что не перешагнешь ее — несчастна
будешь, а перешагнешь, — может, еще несчастнее
будешь… А впрочем, все это вздор! — прибавил он раздражительно, досадуя на свое невольное
увлечение. — Я хотел только сказать, что у вас, маменька, я прощения прошу, — заключил он резко и отрывисто.
— И чего-чего в ефтом Питере нет! — с
увлечением крикнул младший, — окромя отца-матери, все
есть!
Петр Петрович хихикал слушая, но без особого
увлечения. Он даже мало и слушал. Он действительно что-то обдумывал другое, и даже Лебезятников, наконец, это заметил. Петр Петрович
был даже в волнении, потирал руки, задумывался. Все это Андрей Семенович после сообразил и припомнил…
Не считайте меня, пожалуйста, циником; я ведь в точности знаю, как это гнусно с моей стороны, ну и так далее; но ведь я тоже наверно знаю, что Марфа Петровна пожалуй что и рада
была этому моему, так сказать,
увлечению.
«И у него
был порыв,
увлечение; теперь он глаз не кажет: ему стыдно; стало
быть, это не дерзость. А кто виноват? — подумала еще. — Андрей Иваныч, конечно, потому что заставил ее
петь».