С антресолей Шульца, если сидеть в глубине комнат, не видно было черты горизонта, и потом, когда загорается зимою над Петербургом такая янтарно-огненная заря, отсюда не видать теней, которые туманными рубцами начинают врезываться снизу поперек янтарной зари и задвигают, словно гигантскими заставками, эту гигантскую дверь на усыпающее небо.
Ни одна мелочь, ни одна черта не ускользает от пытливого внимания ребенка; неизгладимо врезывается в душу картина домашнего быта; напитывается мягкий ум живыми примерами и бессознательно чертит программу своей жизни по жизни, его окружающей.
Вот серая грязь тумана, аппарат врезывается в неё… момент – и я растерялся, сразу потеряв ориентировку: кругом молоко, забыл даже, с которой стороны земля.
Большие сухие русла врезывались в ущелья среди совершенно голых гор, не прикрытых даже дресвой разрушения.
И не раз, разогнавшись, незаторможенный экипаж врезывался и опрокидывался в канаву.
Вот серая грязь тумана, аппарат врезывается в неё… момент – и я растерялся, сразу потеряв ориентировку: кругом молоко, забыл даже, с которой стороны земля.