Все это Анна Михайловна проговорила с таким холодным спокойствием и с таким достоинством, что Вырвич не нашелся
сказать в ответ ни слова, и красненький-раскрас-ненький молча вышел за двери.
Неточные совпадения
Анна Михайловна напрасно ждала Долинского и утром, и к обеду, и к вечеру. Его не было целый день. На другое утро она написала ему записку и ждала к вечеру
ответа или, лучше
сказать, она ждала самого Долинского. Ожидания были напрасны. Прошел еще целый день — не приходило ни
ответа, не бывал и сам Долинский, а по условию, вечером следующего дня, нужно было выезжать
в Россию.
— Я вам сказал, что с вами было и даже что будет, Ольга Сергевна, — заключил он. — А вы мне ничего не
скажете в ответ на мой вопрос, который не дали кончить?
Левин чувствовал, что неприлично было бы вступать в философские прения со священником, и потому
сказал в ответ только то, что прямо относилось к вопросу.
Я поднял на него глаза, и в них, вероятно, опять было озадачившее его выражение. Что мне
сказать в ответ? Начать молиться по приказу, под упирающимися в спину начальственными взглядами?
Неточные совпадения
Что ж, если вашим пистолетом // Сражен приятель молодой, // Нескромным взглядом, иль
ответом, // Или безделицей иной // Вас оскорбивший за бутылкой, // Иль даже сам
в досаде пылкой // Вас гордо вызвавший на бой, //
Скажите: вашею душой // Какое чувство овладеет, // Когда недвижим, на земле // Пред вами с смертью на челе, // Он постепенно костенеет, // Когда он глух и молчалив // На ваш отчаянный призыв?
— Ну, что ж ты расходилась так? Экая занозистая! Ей
скажи только одно слово, а она уж
в ответ десяток! Поди-ка принеси огоньку запечатать письмо. Да стой, ты схватишь сальную свечу, сало дело топкое: сгорит — да и нет, только убыток, а ты принеси-ка мне лучинку!
Последние слова он уже
сказал, обратившись к висевшим на стене портретам Багратиона и Колокотрони, [Колокотрони — участник национально-освободительного движения
в Греции
в 20-х г. XIX
в.] как обыкновенно случается с разговаривающими, когда один из них вдруг, неизвестно почему, обратится не к тому лицу, к которому относятся слова, а к какому-нибудь нечаянно пришедшему третьему, даже вовсе незнакомому, от которого знает, что не услышит ни
ответа, ни мнения, ни подтверждения, но на которого, однако ж, так устремит взгляд, как будто призывает его
в посредники; и несколько смешавшийся
в первую минуту незнакомец не знает, отвечать ли ему на то дело, о котором ничего не слышал, или так постоять, соблюдши надлежащее приличие, и потом уже уйти прочь.
— А Воробья зачем приписали? —
сказал ему
в ответ на это Чичиков.
— Вздор! —
сказал Ноздрев
в ответ на какое-то представление белокурого, надел ему на голову картуз, и — белокурый отправился вслед за ними.