— Нет, обиды чтоб так не было, а все, разумеется, за веру мою да за бедность сердились, все мужа, бывало, урекают, что взял неровню; ну, а мне мужа жаль, я, бывало, и заплачу. Вот из чего было, все из моей дурости. — Жарко каково! — проговорила Феоктиста, откинув
с плеча креповое покрывало.
Неточные совпадения
— Славная какая! — произнесла она, отодвинув от себя Гловацкую, и, держа ее за
плечи, любовалась девушкою
с упоением артиста. — Точно мать покойница: хороша; когда б и сердце тебе Бог дал материно, — добавила она, насмотревшись на Женни, и протянула руку стоявшему перед ней без шапки Никитушке.
За
плечами у конторщика моталась перепелиная сетка и решето
с перепелами.
— Здравствуй, красавица! — проговорила за
плечами у Женни старуха Абрамовна, вошедшая
с подносом, на котором стояла высокая чайная чашка, раскрашенная синим
с золотом.
— Вот место замечательное, — начал он, положив перед Лизою книжку, и, указывая костяным ножом на открытую страницу, заслонив ладонью рот, читал через Лизино
плечо: «В каждой цивилизованной стране число людей, занятых убыточными производствами или ничем не занятых, составляет, конечно, пропорцию более чем в двадцать процентов сравнительно
с числом хлебопашцев». Четыреста двадцать четвертая страница, — закончил он, закрывая книгу, которую Лиза тотчас же взяла у него и стала молча перелистывать.
Лиза сидела против Помады и
с напряженным вниманием смотрела через его
плечо на неприятный рот докторши
с беленькими, дробными мышиными зубками и на ее брови, разлетающиеся к вискам, как крылья копчика, отчего этот лоб получал какую-то странную форму, не безобразную, но весьма неприятную для каждого привыкшего искать на лице человека черт, более или менее выражающих содержание внутреннего мира.
Между тем из-за угла показался высокий отставной солдат. Он был босиком, в прежней солдатской фуражке тарелочкой, в синей пестрядинной рубашке навыпуск и в мокрых холщовых портах, закатанных выше колен. На
плече солдат нес три длинные, гнуткие удилища
с правильно раскачивавшимися на волосяных лесах поплавками и бечевку
с нанизанными на ней карасями, подъязками и плотвой.
— Клин клином-с выбивают, — пожав
плечами, отвечал Арапов.
Прелестные русые кудри вились и густыми локонами падали на
плечи, открывая только
с боков античную белую шею; по лицу проступал легкий пушок, обозначалась небольшая раздваивающаяся бородка, и над верхней губою вились тоненькие усики.
— Что, пан поручик московской службы? —
с презрительной гримасой произнес Кракувка, оглянувшись через
плечо на Рациборского.
«Ай, ай, помогите!» — закричал Помада, бросаясь
с обрыва за Лизою, но его удержала за
плечо здоровая, сильная десница.
Только что общество наше вышло на площадку, оно повстречалось
с тремя ухарскими франтами, из которых средний, атлет страшного роста, косая сажень в
плечах,
с усами а la Napoleon III, [Как у Наполеона III. (франц.).] выпятив вперед высоко поднятый локоть левой руки, сорвал
с себя шляпу и, сделав Полиньке гримасу, сказал...
Розанов
с Калистратово, отойдя
с полверсты, встретили Помаду. Он шел
с большим узлом на
плече и
с палкой.
Розанов
с Калистратовой обернулись и молча смотрели на Помаду, пока белевшийся на его
плече огромный узел
с бельем исчез в темноте ночи.
— Что-с? — спросила, глянув через
плечо, Бертольди.
(Белоярцев пожал
плечами с сострадательным удивлением.)
Обыкновенным спутником их в этих прогулках бывал Красин, или один, или же вдвоем
с известным нам Ревякиным, огромным, сильным мужчиною
с рыжею головой, саженными
плечами и непомерной силищей.
Но здесь с победою поздравим // Татьяну милую мою // И в сторону свой путь направим, // Чтоб не забыть, о ком пою… // Да кстати, здесь о том два слова: // Пою приятеля младого // И множество его причуд. // Благослови мой долгий труд, // О ты, эпическая муза! // И, верный посох мне вручив, // Не дай блуждать мне вкось и вкрив. // Довольно.
С плеч долой обуза! // Я классицизму отдал честь: // Хоть поздно, а вступленье есть.
Он спешил не потому, что боялся опоздать, — опоздать он не боялся, ибо председатель был человек знакомый и мог продлить и укоротить по его желанию присутствие, подобно древнему Зевесу Гомера, длившему дни и насылавшему быстрые ночи, когда нужно было прекратить брань любезных ему героев или дать им средство додраться, но он сам в себе чувствовал желание скорее как можно привести дела к концу; до тех пор ему казалось все неспокойно и неловко; все-таки приходила мысль: что души не совсем настоящие и что в подобных случаях такую обузу всегда нужно поскорее
с плеч.
Неточные совпадения
Пришла, рассыпалась; клоками // Повисла на суках дубов; // Легла волнистыми коврами // Среди полей, вокруг холмов; // Брега
с недвижною рекою // Сравняла пухлой пеленою; // Блеснул мороз. И рады мы // Проказам матушки зимы. // Не радо ей лишь сердце Тани. // Нейдет она зиму встречать, // Морозной пылью подышать // И первым снегом
с кровли бани // Умыть лицо,
плеча и грудь: // Татьяне страшен зимний путь.
Татьяна то вздохнет, то охнет; // Письмо дрожит в ее руке; // Облатка розовая сохнет // На воспаленном языке. // К
плечу головушкой склонилась. // Сорочка легкая спустилась //
С ее прелестного
плеча… // Но вот уж лунного луча // Сиянье гаснет. Там долина // Сквозь пар яснеет. Там поток // Засеребрился; там рожок // Пастуший будит селянина. // Вот утро: встали все давно, // Моей Татьяне всё равно.
В свою деревню в ту же пору // Помещик новый прискакал // И столь же строгому разбору // В соседстве повод подавал. // По имени Владимир Ленской, //
С душою прямо геттингенской, // Красавец, в полном цвете лет, // Поклонник Канта и поэт. // Он из Германии туманной // Привез учености плоды: // Вольнолюбивые мечты, // Дух пылкий и довольно странный, // Всегда восторженную речь // И кудри черные до
плеч.
К ней дамы подвигались ближе; // Старушки улыбались ей; // Мужчины кланялися ниже, // Ловили взор ее очей; // Девицы проходили тише // Пред ней по зале; и всех выше // И нос и
плечи подымал // Вошедший
с нею генерал. // Никто б не мог ее прекрасной // Назвать; но
с головы до ног // Никто бы в ней найти не мог // Того, что модой самовластной // В высоком лондонском кругу // Зовется vulgar. (Не могу…
Мое! — сказал Евгений грозно, // И шайка вся сокрылась вдруг; // Осталася во тьме морозной // Младая дева
с ним сам-друг; // Онегин тихо увлекает // Татьяну в угол и слагает // Ее на шаткую скамью // И клонит голову свою // К ней на
плечо; вдруг Ольга входит, // За нею Ленский; свет блеснул, // Онегин руку замахнул, // И дико он очами бродит, // И незваных гостей бранит; // Татьяна чуть жива лежит.