Неточные совпадения
— Не могу вам про это доложить, — да нет, вряд, чтобы была знакома. Она ведь из простых, из
города Брянскова, из купецкой
семьи. Да простые такие купцы-то, не то чтобы как вон наши губернские или московские. Совсем из простого звания.
Село Мерево отстоит сорок верст от губернского
города и
семь от уездного, в котором отец Гловацкой служит смотрителем уездного училища.
Лиза уж совсем эмансипировалась из-под домашнего влияния и на таких положениях уехала на третий день после прощального вечера со всею своею
семьею в губернский
город.
Бахаревы вскоре после Святой недели всей
семьей переехали из
города в деревню, а Гловацкие жили, по обыкновению, безвыездно в своем домике.
Возвратясь в деревню с
семьею после непродолжительного житья в
городе, Лиза опять изменилась.
Пришло известие, что Роберт Блюм расстрелян.
Семья Райнеров впала в ужас. Старушка мать Ульриха Райнера, переехавшая было к сыну, отпросилась у него опять в тихую иезуитскую Женеву. Старая француженка везде ждала гренадеров Сюррирье и просила отпустить с нею и внука в ее безмятежно-молитвенный
город.
И вот уютный дом её наполнен подругами дочери, девицами лучших
семей города; все они пышно одеты в старинные парчовые сарафаны, с белыми пузырями рукавов из кисеи и тонкого полотна, с проймами и мордовским шитьём шелками, в кружевах у запястий, в козловых и сафьяновых башмаках, с лентами в длинных девичьих косах.
Неточные совпадения
Чичиков продал тут же ветхий дворишко с ничтожной землицей за тысячу рублей, а
семью людей перевел в
город, располагаясь основаться в нем и заняться службой.
Он лет
семи и гуляет в праздничный день, под вечер, с своим отцом за
городом.
Послала бы // Я в
город братца-сокола: // «Мил братец! шелку, гарусу // Купи —
семи цветов, // Да гарнитуру синего!» // Я по углам бы вышила // Москву, царя с царицею, // Да Киев, да Царьград, // А посередке — солнышко, // И эту занавесочку // В окошке бы повесила, // Авось ты загляделся бы, // Меня бы промигал!..
— А теперь вот, зачатый великими трудами тех людей, от коих даже праха не осталось, разросся значительный
город, которому и в красоте не откажешь, вмещает около
семи десятков тысяч русских людей и все растет, растет тихонько. В тихом-то трудолюбии больше геройства, чем в бойких наскоках. Поверьте слову: землю вскачь не пашут, — повторил Козлов, очевидно, любимую свою поговорку.
Он заслужил в
городе славу азартнейшего игрока в винт, и Самгин вспомнил, как в комнате присяжных поверенных при окружном суде рассказывали: однажды Гудим и его партнеры играли непрерывно двадцать
семь часов, а на двадцать восьмом один из них, сыграв «большой шлем», от радости помер, чем и предоставил Леониду Андрееву возможность написать хороший рассказ.